Несмотря на то, что за окном еще было светло, я лежала в кровати в своей комнате в обнимку с Дарианом.
Не смейте даже о таком думать! Просто я все еще не пришла в себя, а Гара так вообще видеть не хотела. Поэтому, вцепившись в рубашку окаменелого, думала о том, что мне открылось внизу.
— Осуждаешь? — нарушил тишину Дариан, приобнимая меня одной рукой. На это раз я не чувствовала от нее холода, и впервые об этом жалела, потому что муражки бежали по телу от близости самого Дара.
— Тебя? — нахмурилась я. — Нет, — и в правду, у меня больше не было желания злиться на него, это чувство померкло на фоне других.
Послышалось фырканье, и я подняла голову, чтобы увидеть кривую ухмылку.
— Я прав почти всегда, меня не стоит осуждать, — высокомерно заявил этот тип.
И я бы обязательно ответила ему, но смутило другое.
— Ты про Гара? — я отвела взгляд. — Ты ведь знал, да? — разглаживала я невидимые складки на его рубашке. В его объятях меня переставало трясти. В какой-то момент, я даже зарылась лицом в его золотые кудри, и осознала, что это очень приятно. И лежать с ним в обнимку, и гладить его волосы, прислушиваться к его дыханию… Черт!
— Знал, — согласился он. — Теперь ты боишься его?
«Да»
— Не знаю.
— Презираешь его?
«Я не уверена…»
— Не знаю.
— Не доверяешь ему?
— Я НЕ ЗНАЮ! — сорвалась я.
— Хочешь, я помогу тебе это узнать? — Изумруды смотрели на меня, словно на несмышленое дитя. Но я молчала. — Ну, же, жаждущая. Сейчас тебе бы не мешало «захотеть».
— Последние мое «хочу» меня не порадовало, — насупилась.
Однако слушать мои слова не стали, и Дариан начал свой рассказ, вопреки моему мнению.
— Гар заканчивал академию врачевания. Пол жизни проработал в могильнике, куда свозят тела. И он мечтал об этой работе с поступления в академию. Твой мир жесток. Кия. В нем много ответвлений от правил. И если человеку по его природе присуще любить все живое, то Гару присуще любить смерть. Когда-то давно я чуть было не отправил его на казнь, но пощадил.
Насколько я помню, то в его родном городе началась эпидемия, ему нужна была вакцина, и он был отправлен в наш мир, на ее поиски. Наши пути пересеклись, когда Гар рыл могилу захороненной девушки, в то время, как я проходил мимо со своим отрядом. Да, мы тогда знатно его…Я выслушал этого человека, а затем дал в рожу. Затем снова. А потом, я понял, что он не совсем здоров. О мертвых телах он говорил с благоговением, как о прекрасных созданиях Творца, находящихся в безмолвном покое. Порой, мне казалось, Гар сам не мог объяснить своей зависимости от любования смертью. И я отпустил его, разрешив забрать тело той девушки. Родственников у нее не оказалось, а хоронили ее соседи.
Когда я с братьями пришел в ваш мир, то вспомнил про него, а, придя к нему в дом, увидел этот подвал и начистил морду еще раз. Я закрывал глаза на его деяния, только потому, что сам Гар причастен к смерти не был, но презирать продолжал. В тот вечер он поведал мне, что после возвращения стал слышать их, мертвецов. Они говорят с ним. Его трупы рассказывают ему истории из жизни, и что самое главное — никогда не лгут. Душа не солжет, а потому он мог задать им любой интересующий его вопрос. Всех до единой, он любит, как жен своих, хотя я не понимаю его лобзаний хладной плоти.
Я слушала его закусив губу, и ощущая на груди тяжелый камень.
Больно, тяжело.
— Я обратился к нему за помощью, — продолжил Дариан. — Он создал для меня кое-что особое, то, что позволяет мне находиться в здравом уме. Наркотик.
— Что? — изумилась я.
— От него мне досталась неконтролируемая агрессия, побочный эффект, — Дариан поднял руку и поднес ее к моей щеке, но, так и не дотронувшись, уронил.
— Мне нужна новая доза, перед тем как мы отправимся в Долину ветров. Мне смогли помочь, в частности мне помог он. Но никто не может помочь ему, так разве же стоит тебе судить его? Подумай…
Вот я и думала, шествуя, словно собака на коротком поводке за теперь уже для меня подозрительным типом Гаром, который, насвистывая какую-то веселую мелодию, брел по направлению к медицинскому корпусу. Прогуляться предложил он, а выгнал из дома Дариан, так как я не горела желанием общаться и вообще покидать комнату. И его объятья, о которых старалась не думать слишком часто. О чем тут думать?!
— Зачем нам в корпус? — настороженно спросила я, когда мы миновали пару улиц.
— Мне нужны кое-какие препараты для эликсира Дара.
Сокращенное имя окаменелого резануло слух. Так его называли, видимо, только близкие, но из рассказа Дариана никак не могло выйти, что Гар был в их числе.
— Почему ты сказал мне, что сбежал в другой миг, когда на самом деле искал там вакцину?
Мужчина досадливо поморщился и, покосившись на меня, уточнил:
— Дар сказал? Что-то он в последнее время много болтает, — задумчиво уставился он себе под ноги. — Может стоить уменьшить дозу?
Мысль о том, что Дариан накачивает себе наркотическим эликсиром, меня пугала. Сколько он уже принимает его? Как часто? Не затуманивается ли его разум? Нет ли зависимости?
— А это…? — неуверенно начала я.
