Дара за дверью слышно не было, и я в нерешительности переминалась с ноги на ногу, собирая всю волю и выдержку в кулак, а затем глубоко вздохнула, поплотнее завернулась в полотенце и шагнула в комнату, ища взглядом причину моих терзаний. Но окаменелого не было, зато на кровати красовался комплект женского нижнего белья и легкий летний сарафан желтого цвета с пышной юбкой. Примерка не заставила себя ждать, я спешила одеться до прихода Дара. Старалась не краснеть, воображая, как он раскладывает белье на кровати для меня, как касается ткани и, возможно, даже представляет его на мне…
Как ни странно, все пришлось в пору, и я с замиранием сердца стояла перед большим зеркалом, которое тоже нашлось в комнате, и трезво оценивала свой внешний вид: средний рост, темные волосы, которые завивались на концах, раскосые, темно-синие глаза, пухлые губы, хрупкие на вид плечи, длинные ноги. Все не так плохо, верно? Только вот никакой уверенности в себе я не ощущала. Именно сейчас мне хотелось быть красивой, утонченной, прелестной. Для него. Для того, кто, оказывается, стоял все это время в коридоре, небрежно прислонившись к стене, и покорно ждал меня. Для того, кто одарил жадным, пылающим взглядом и тепло улыбнулся. Как хорошо, что он не может читать мои желания, потому что мне было бы ужасно стыдно признавать, что я хотела бы видеть такую улыбку на его губах, кажется, всю свою дальнейшую жизнь…
Через десять минут на столе нижнего этажа таверны стояло все что угодно и не угодно голодному и пустому желудку!
— Неужели это моя награда за терпение и упорство? — с блаженной улыбкой проглатывая очередной сочный кусочек, задала я риторический вопрос, но и на него нашелся ответ.
— Твоя награда будет намного слаще, Кия, — прошептал Дар мне на ушко, придвинувшись недопустимо близко.
Вилку я перехватила покрепче, чтобы случайно не выронить, потому что его слова звучали очень двусмысленно!
— Куда мы отправимся после? — перескочила я на нейтральную тему.
Дар пожал плечами, неотрывно следя за тем, как я накалываю на вилку кусочек вкуснейшей перепелки.
— Дар, перестань так пристально смотреть, — стушевалась я, под его пристальным взглядом. — Кусок в горло не лезет.
— Прости, — загадочно улыбнулся он. — Не могу не смотреть.
Изумрудные глаза смеялись. А я не знала, куда мне от них спрятаться. Не то чтобы я не хотела, чтобы он так на меня смотрел, но это было так непривычно, что я до сих пор позорно краснела.
— Я захватил для тебя кое что из Долины Ветров, — неожиданно сказал Дар, протягивая, неизвестно откуда взявшийся увесистый мешочек. И я бы никогда в жизни не догадалась, что внутри! А там были мои драгоценные камни, которые я столь бережно собирала в первой пещере. Они были у меня до нападения моров, наверное, я обронила их, когда Лайзек усыпил меня. И как же неистово забилось сердце, когда я поняла, что окаменелый собирал их специально для меня.
— Спасибо, — почти беззвучно промолвила я и нежно коснулась ладонью его щеки. А он, словно прирученный зверь, ластясь, обхватил мою руку своей и прижал крепче.
Неуклонно приближался вечер, а наверху нас ждала большая, мягкая постель, что пугала и манила, волновала и заставляла чувствовать покой.
— Эта ночь будет долгой, — заявил Дар.
— Безумной, — подсказала я.
— Ты не убежишь, — заверили меня.
— Ты не окаменеешь, — посмеялась в ответ я.
— Кия, — проникновенно произнес Дариан, обхватив мое лицо ладонями. — Сейчас и только сейчас мне плевать на второй камень.
Дыхание перехватило. Это звучало, пожалуй, лучше, чем признание в любви.
— Какие правильные и нужные слова ты говоришь, — пожурила по уши влюбленная Кия.
В этом мире не осталось больше никого, кроме нас двоих…
Я снова любовалась закатом удивительной красоты. И снова мои ноги подкашивались, а душа волновалась от бурных чувств, что бушевали в груди. Но на этот раз Дариан не проходил мимо, не узнавая меня и оставаясь безразличным. Он стоял рядом и мягко сжимал мою ладонь.
Комната, объятая теплым светом, заходящего солнца, казалась душным пристанищем влюбленных, где нет времени и невзгод. Были только мы и ощущение нашей близости, что накалилось до предела.
Больше Дар не позволил мне смотреть по сторонам и развернул к себе, притянув за талию. Да, красота заката сегодня проигрывала на фоне подобия Творца с золотыми волосами, которые частично окрасились в багряный цвет. Его лицо для меня сияло.
Я хотела что-то сказать, но не находила слов. А ему достаточно было молчать вместе со мной и шаг за шагом медленно вести на нагретое солнцем ложе. И если я неловко спотыкалась или замирала в нерешительности, он с некой долей раздражении, нетерпеливо срывал короткие, страстные поцелуи с моих губ, и тогда мне самой двигаться хотелось со страшной силой.
— Ты дрожишь, — расслышала я его тихий шепот.
— А тебя трясет, — зарылась я руками в его волосы, чувствуя, что ноги уже не касались пола, так как я была подхвачена окаменелым.
