— Оставьте его в покое, ужасная вы женщина, — он успокаивающе положил руку Гарри на плечо и протянул пузырек с чем-то несимпатично зеленым. — Выпей, оно поможет, для себя сварил, но тебе, похоже, сейчас нужнее. Ты что, и правда решил уйти в монастырь, Гарри? — и дождавшись, пока Гарри кивнул, продолжил, с омерзением косясь на Риту Скитер. — Хотя глядя на то, что тут творится, поневоле начнешь тебя понимать.
Гарри благодарно мотнул головой, но не успел даже откупорить флакон, как к нему уже ринулась Панси Паркинсон. Симус и подоспевший ему на помощь Терри попытались преградить ей дорогу, но Панси просто раскидала их со своего пути, как кегли.
— Отойди от него, Финниган, — потребовала девушка, злющая как фурия. — И ты, Бут, тоже. Я хочу поговорить с ним лично. Мало того, что ты, негодяй, увел у меня жениха, так еще и не уберег его! — внезапно взвыла она, пытаясь вцепиться Гарри когтями в лицо. Финниган вместе с Бутом едва удерживали ее вдвоем. Подоспевший Гойл все-таки успел ухватить девушку за локти и оттащил ее в сторону.
Рита Скитер строчила пером, как из пулемета, и улыбалась так, словно наступило ее персональное Рождество.
Люциус, уверенно положил руку на плечо зятю, крепко сжал в немой поддержке и пообещал всем любопытствующим:
— Сейчас Гарри расскажет вам все.
Уже утром следующего дня в уютной гостиной Малфой-мэнора из кресла в кресло передавался свежий выпуск “Пророка” с поттеровским интервью на первой странице.
Особенно удалась колдография, на которой Гарри Поттер стоял со скорбным лицом, запечатанным цитатой, набранной огромным шрифтом: “Все свое состояние я передаю моему новому отцу Люциусу Малфою”. И шрифтом помельче: “Трагическое происшествие на свадьбе. Герой удаляется от мира навсегда. Через неделю тибетский ашрам распахнет для него свои двери. Специальный выпуск!”
Люциус уже в который раз любовался на первую страницу газеты и довольно ворчал:
— Ох, Гарри, хоть и знаю, что неправда, но как же отрадно читать такое. Все больше думаю, чем же я заслужил такой подарок судьбы, как ты.
— Все-таки, наверное, заслужили не вы, а Драко. В вас срикошетило, Люциус.
— Ты можешь звать меня папой, — рассеянно пробормотал мистер Малфой, который всё никак не мог отвести глаз от упоительно-прекрасного заголовка.
— Хорошо… папа, — Гарри засмеялся, кажется, впервые в жизни по-настоящему пробуя это слово на вкус.
Люциус довольно улыбнулся и ласково погладил пальцем слова “передаю” и “состояние”.
— И что же теперь? — подала голос Нарцисса, протягивая Гарри чашку с кофе.
— А теперь, — решительно сказал ей Гарри, — когда они поймут, что мои деньги и я сам скоро станем недоступны, они перейдут к решительным действиям. А наша задача внимательно смотреть, кто окажется в этом самым заинтересованным.
— Гарри, мой дорогой Гарри! — показавшаяся в камине мэнора голова Молли с отвращением оглядывала просторную комнату и семейство Малфоев, окружающее парня. К счастью, Снейп куда-то мгновенно исчез. — Для тебя, наверное, ужасно находиться в этом доме. Теперь, когда тебя больше ничего не связывает с этой семьей, может быть, ты поживешь у нас? Придешь в себя…
— Спасибо вам, миссис Уизли, но с этой семьей меня по-прежнему связывает очень многое.
— Ох, Гарри, дорогой, это всего лишь твое заблуждение в результате стресса. И что это еще за странная статья в газете про передачу денег? Наверняка это происки подлого Люциуса Малфоя.
— Молли Уизли, убери немедленно свою нечесаную голову из моего камина, домовики его потом никогда не отчистят! — разъярился Люциус.
— Люциус, дорогой!
— Папа!
— Гарри, как ты можешь так называть этого ужасного человека?
— Теперь это моя семья, миссис Уизли, как бы вы к этому не относились.
— Ох, Гарри, я не знала, что все так далеко зашло. Но тогда хотя бы приходи к нам сегодня на обед! Мы все будем рады тебя видеть и поддержать.
— Хорошо, я приду, спасибо.
И, когда голова из камина исчезла, Гарри повернулся к чете Малфоев и напряженно спросил:
— Мне кажется, или это наши первые ласточки?
— В любом случае, надо идти и проверять, мой мальчик, — уверенно поддержал его Люицус, — только не забудь зайти в подземелья к Северусу за безоаром. А потом я наложу на тебя родовые защитные чары.
========== Глава 13 ==========
Нора была переполнена огненно-рыжими головами, тяжелыми запахами и слишком громкими звуками, что особенно бросалось в глаза, нос и уши после изысканной лаконичности Малфой-мэнора. Гарри усмехнулся, когда внезапно осознал, что имел в виду его задиристый хорек, когда дразнил Рона. К хорошему привыкаешь быстро, а Малфой с детства воспитывался в своей утонченной стерильности.
— Гарри, дорогой, как мы рады тебя видеть! Какая утрата, какое горе! — суетилась вокруг него Молли, подталкивая его к столу. — Но не огорчайся, ты еще так молод. И скоро встретишь хорошего партнера. Или партнершу. Садись скорее вот сюда, рядом с Джинни.
