Но он не мог. Сзади на него напирали другие пассажиры. У него не было выбора, и он продолжал толкать меня. Я решила расслабиться и двигаться вместе с потоком, зная, что иначе вряд ли пройду этот путь до конца.
И потом, не успев опомниться, я очутилась в самолете.
Он оказался очень большим внутри.
Воздух в салоне был спертым и безжизненным, точно таким, какой был в самолете «Лира», и я не могла понять, почему за сто лет существования авиации никто не смог придумать, как заставить самолет пахнуть приятно и безопасно.
Я нашла свое место, которое оказалось гораздо больше, чем места эконом-класса в хвосте салона, и немедленно начала осуществлять меры предосторожности, длинный список которых составила заранее. Во-первых, уложила ручной багаж на полку над головой, туго затянула вокруг талии ремень безопасности, убедилась, что спинка кресла находится в вертикальном положении, несколько раз проверила, что откидной столик передо мной надежно закреплен, и запомнила расположение двух ближайших аварийных выходов.
Пока все было в порядке. И на какое-то очень короткое время я почувствовала себя готовой. Не спокойной. Не уверенной. Но более готовой, чем я ожидала.
К сожалению, мне очень мешали пассажиры. Их были десятки, и они продолжали заходить в салон и двигаться между рядами кресел толпой, как коровы, которых ведут на бойню. У них были тупые коровьи лица, и они никак не могли пристроить свои вещи на полки. Они стояли в проходах и открывали и закрывали крышки багажных отделений, а я боялась, что от всего этого хлопанья крышками самолет может сломаться. Я опять начала потеть.
Стюардесса с узким лицом, напевавшая какую-то знакомую мелодию, принесла мне одеяло, подушку, небольшую вазочку жареного миндаля и предложила бокал шампанского или апельсинового сока. Я отказалась и от того, и от другого. На ее блузке была табличка с именем Саманта.
Я спросила Саманту, хорошо ли она знает пилотов.
– Да, – ответила она.
– Вы абсолютно уверены, что среди них нет алкоголиков?
Несомненно, я приобрела себе врага в лице Саманты.
– Уверяю вас, мисс… – она заглянула в список пассажиров, – Силум, что алкоголиков в экипаже нет.
Чтобы немного успокоиться, хотя это было совершенно нереально, я стала вспоминать информацию, которую мне удалось найти в основном на веб-сайте «Боинга» и которая, следовательно, была рекламной. Тем не менее пришлось удовлетвориться ей: эти самолеты еще ни разу не разбивались. Статистика технических неполадок была обнадеживающе короткой. Самолет вмещал триста семьдесят пассажиров. И на нем впервые была установлена вакуумная система слива в туалетах. Это было здорово, но я не могла представить себе, каким образом это поможет нам. когда самолет не сможет выйти из глубокого пике.
Поняв, что избежать полета не удастся, я тщательно проверила прогнозы погоды. Седьмой канал обещал чистое небо над Нью-Йорком вплоть до завтрашнего утра, но в данный момент над аэродромом висели два подозрительных облачка.
Еще хуже я почувствовала себя, когда с потолка раздался голос капитана. Он объявил, что его зовут Джеймсом Морганом, и сначала мне понравился его голос. Но дальше он сообщил, что надеется на спокойный полет на высоте тридцать семь тысяч футов над землей, и я почувствовала страшную горечь во рту.
Я рванула в туалет и едва успела наклониться над унитазом и убрать волосы с лица перед тем, как меня вырвало.
По крайней мере, мне представилась возможность убедиться в преимуществах вакуумной системы слива.
Через минуту кто-то деликатно постучал в дверь. Стюардесса, не Саманта, а другая, постарше, которую звали Вики, заглянула внутрь.
– Извините, вам, кажется, нехорошо, но сейчас вам придется пройти на свое место.
Вики протянула мне влажную салфетку, одноразовую зубную щетку и маленький флакончик ополаскивателя для рта. Приведя себя в порядок, я вышла из туалета, и Вики спросила, как я себя чувствую.
– Я не очень часто летаю, – виновато объяснила я ей.
– Я знаю. – Она широко улыбнулась. – Ваш жених мне сказал.
Я не сразу узнала Пола. Когда шла из туалета, он стоял посредине прохода, но я смотрела только на свое кресло и проскочила мимо.
– А вот и моя нареченная, – сказал он, и только тогда я обернулась.
На нем был зеленый костюм, белая парадная рубашка и ужасный желтый галстук с вышитыми зелеными клюшками для гольфа. Он довольно неуклюже пытался казаться непохожим на рок-звезду Никогда Пол не сможет быть достаточно прилизанным, чтобы выглядеть как бизнесмен.
Его волосы, коротко остриженные или, вернее, только что начавшие отрастать, были выкрашены в светло-желтый цвет, резко контрастировавший с темными бровями и ресницами. Еще он нацепил бирюзовые очки, которые ему точно не были нужны, хотя он постоянно ныл, что у него портится зрение.
Вики сказала, как мило и трогательно то, что мы с Полом набросились друг на друга, целуясь, смеясь и плача одновременно, будто не виделись несколько месяцев, и добавила:
– Но вам все-таки придется сесть.
