– Поклянись, что ты не собираешься так выглядеть до конца своих дней, – сказала я, когда мы наконец успокоились и уселись на свои места.
– Господи, конечно нет. А я похож на торгового агента? Я сказал стюардессе, что я торговый агент из Пеории.
– Ты похож на покойного солиста из группы «Бананафиш». А что ты продаешь?
– Спортивные товары. – Он указал на свой галстук. – Преимущественно для престижных видов спорта.
Он потянулся за бокалом шампанского, который принесла ему Саманта, и я увидела краешек новой татуировки, выглянувший из-под рукава. Я схватила его за руку и сравнила ее со своим шрамом.
– Круто, правда? – спросил Пол.
Я собралась положить руку ему на грудь и поцеловать его еще раз, но в этот момент двери самолета захлопнулись с отвратительным и безнадежным звуком.
– Пол, пожалуйста! Не заставляй меня делать это! – закричала я в ужасе.
Он наклонился ко мне и взял меня за руку.
– Было бы здорово, если бы ты перестала называть меня Полом, – прошептал он.
Самолет начал медленно двигаться, и я почувствовала, что сейчас упаду в обморок, что оказалось бы наилучшим выходом.
– Вдох, выдох, – напомнил мне Пол. – Мы вместе, все отлично, и я тебя люблю.
Я прижалась лбом к холодному пластику окна и представила себе, что много лет назад то же самое делала моя мама.
– Я тоже тебя люблю, – сказала я Полу.
– Ты неправильно дышишь.
Он был прав. Я делала короткие судорожные вздохи, будто мне не хватало воздуха.
– Хочу кое в чем признаться, – сказал Пол.
– Прямо сейчас? – я немного повернула голову в его сторону.
– У меня обалденная эрекция.
Я пихнула его локтем и опять уткнулась в иллюминатор, не забывая держать его при этом за руку.
– Наверное, все дело в твоих, черт подери, штанах.
– Не сейчас. Пол. Пожалуйста.
– Перестань называть меня Полом.
Потом голос капитана попросил всех приготовиться к взлету, и я поняла, что пути назад нет. Я так вцепилась ногтями в руку Пола, что он вздрогнул.
– Ты ненавидишь меня, да? Ты поэтому заставляешь меня это делать? Просто из ненависти?
– Я ведь только что сказал, что люблю тебя. Хочешь, чтобы я объявил это по, черт подери, трансляции? – Он силой развернул меня к себе. – Я делаю это потому, что люблю тебя. И хочу, чтобы ты была свободной.
Я опять собралась поцеловать его, но самолет замер перед началом разгона, и мне срочно припшось заняться своим дыханием.
Пол взял горсть миндаля.
– Знаешь, о чем я весь день думал? Какого цвета на тебе будет белье.
Его беззаботность выводила меня из себя.
– Ты хочешь, чтобы я ударила тебя, перед тем как мы умрем?
– Мы не умрем. А если и умрем, то вместе. Умей радоваться хорошему. – Он оттянул воротник моей рубашки и заглянул в вырез. – М-м-м. Розовое.
Самолет разгонялся, набирая скорость с каждой секундой. Я всхлипнула.
– Это несправедливо. Если останемся живы я заставлю тебя прокатиться по Чаннелу.
– По чему?
– По туннелю под Ла-Маншем. На скоростном подземном поезде. – У меня начиналась истерика и я уже кричала, соревнуясь с ревом двигателей. – Если мы выживем, ты спустишься под землю!
– Согласен. Хоть завтра. И постарайся говорить потише.
Нос самолета поднялся кверху, и я немедленно приняла позу, рекомендованную на случай аварии – голова между коленями, руки закрывают макушку. Пол заставил меня выпрямиться и сказал, чтобы я не смешила людей.
Колеса оторвались от земли, и я осознала, что нахожусь в воздухе.
Мне казалось, что я сплю.
И что желудок летает где-то над моей головой.
И я боялась, что меня опять вырвет.
А потом случилось что-то удивительное.
Я услышала музыку.
