– Желанная! Солнце мое! – нашептывал ей Отлок, пока нес в спальню. А еще он продолжал ее ласкать. Губами, подбородком, ладонями. И слова его тоже зачаровывали. – Я истосковался по тебе. И вот мы вместе. Ты чудо, как хороша. Кружишь мне голову, заставляешь творить безрассудство. Сладкое такое. И сама ты, как мед. Эльза!
Когда он ее раздел, плохо помнила. Но как только кожей почувствовала прохладу простыней, в ней проснулось беспокойство. Странное такое. Не о том, что переступала в тот момент некую жизненную черту, переходя как в другое существование, а ее вдруг обеспокоило, как мужчина нашел ее обнаженное тело. Все ли понравилось его глазам. Вон как смотрел на нее. От кончиков пальцев на ногах и далее, по всему телу и до самой макушки прошелся огненным взглядом. А она засмущалась. Захотела сжаться и прикрыться. Только он ей не дал. Властно и одновременно ласково положил на нее ладонь. Погладил плечико, заставляя его расслабиться. Провел по бедру то с одной его стороны, потом по другой, вырывая вздох и за ним стон. Далее же легко отвел ее ножку в сторону, уже не встречая сопротивления.
– Я хочу тебя, – произнес прежде, чем снова завладеть губами и потом ртом.
Дальше были поцелуи. А может и всего один, но непрекращающийся и меняющийся. То страстный, то нежный. То глубокий, то поверхностный. Ласкающий или покоряющий. А еще дарящий новые ощущения, и такой, что вроде бы забирал себе всю ее до капельки. И разум как бы остался где-то. В той чувственной игре ему совсем не осталось места. Вместо него был стук сердец, вздохи и стоны, немного боли, но более всего остро желаемого чувства единения.
– Я твоя, – настал момент, когда она отдышалась и выдохнула куда-то в мужское плечо, а потом повторила это признание ему в шею. – Твоя же?
– Теперь да.
Он держался над ней на локтях и покрывал невесомыми поцелуями увлажнившуюся от любовной горячки кожу. Так губы его нашли ключицы, шейку, ушко, а потом и губы. Касались их легко и нежно.
– Как себя чувствуешь, милая?
– Чудесно, – потерлась она носом о его грудь. – Но, наверное, тебе лучше все же лечь рядом.
– Тяжелый для тебя… – кивнул и легко исполнил ее просьбу. – Э, нет! Не отодвигайся. Ты же моя, ведь так? А я хочу свое ласкать и дальше.
– Отлок! Что ты делаешь?
– А что такое? Что тебя испугало? Боишься, что захочу свою девочку еще? Да я, собственно, и не перестал тебя желать, солнце мое. И в другой раз обязательно покажу, как оно бывает с опытным и темпераментным мужчиной. Но сегодня мне следует тебя поберечь. Скажи, я сделал тебе очень больно? Что молчишь? А эта улыбка, что значит?
– Что ты многое мне дал сейчас. Гораздо больше, чем забрал.
– Хм. Необычное признание. Ты не перестаешь меня удивлять, милая. Но раз так, то может…
– Нет, Отлок. Мне кажется, что надо бы встать и…
– Я отнесу тебя в ванную, если надо. Согласна?
– Ты смущаешь меня, милый.
– После того, что сейчас произошло? Неужели?! Но как скажешь. Иди, а если захочешь, то можешь позвать, и я приду.
– Боюсь, еще не готова к тем любовным играм, к которым ты привык.
– Это понятно. Но мне кажется, что ты освоишься очень быстро. И не хмурься, так как это комплимент. Глупышка моя! Ты прелесть, Эльза. И особенно забавно наблюдать, как кутаешься теперь в эту простыню. Стеснительное солнышко. Забавно!
– А что это у тебя на цепочке? Какая странная подвеска. Чей-то подарок?
– Это? Да так, ерунда. Так ты идешь уже в ванную, или решила остаться и…
– Иду. Не скучай тут без меня.
Когда она вышла, обнаружила Отлока все еще в постели. Мужчина полулежал, закинув руки за голову и мерил ее довольным взглядом. Вот действительно теперь поняла выражение про кота, объевшегося сметаны. Эльза же чувствовала перед ним неловкость. Оттого прошмыгнула мимо мышью, в тот угол спальни, где приметила свою одежду, аккуратно сложенную, к слову сказать.
– Я распорядился об ужине, солнце мое. Ты ведь голодна?
– Есть немного.
Одевалась спешно, а как закончила с нарядом, будто дышать стало легче. Отлок же поднялся и, как будто специально показывал свою мужскую красу, неспешно прошел в ванную комнату.
– Можешь подождать меня здесь или в любом другом месте. Весь дом, милая, в твоем распоряжении, – обронил уже в дверном проеме, не оборачиваясь.
А ее продолжало что-то напрягать. И хотя действительно была прилично голодна, чувствовала, что ей лучше бы поскорее убраться отсюда, не дожидаясь совместного застолья.
– Я буду в гостиной, Отлок.
Спустившись на первый этаж, Эльза вроде бы задышала ровнее. Вот, что ни скажи, а не ощущала уверенности, что поступила правильно, вступив с демоном в новые отношения. Хотя, была где-то внутри ее мысль, что сама-то особенно ничего и не решала. Мужчина был много опытнее, соблазнитель известный, и явно настроенный на постель с ней. А она? Да что от себя-то таиться? Эльза отдавала отчет, что предвидела эту близость.
– Упоительную, – прошептала самой себе.
