Хотя со временем у меня зародилось чувство вины, я твёрдо держалась за свою обиду.
Этот ублюдок даже не извинился.
Неоднократные попытки заказать кучу конфет в моей кофейне не отменяли того, что он сделал, и не исправляли ситуацию.
В конце концов, я возобновила бы план соблазнения.
…Если, конечно, я в какой-то момент решилась бы забыть о своей обиде на него.
* * *
Татум позвонила мне на седьмой день моих обид.
Как обычно, она не стала говорить лишнего.
— Что происходит между тобой и Башем?
Я моргнула, не отрывая взгляда от экрана компьютера. Я слишком много часов подряд редактировала свои объявления.
Она не могла знать о моём плане соблазнения, а он ни за что не рассказал бы никому, как поцеловал меня, так что… она должна была говорить о чём-то другом.
— Что ты имеешь в виду? — спросила я.
— Раф сказал, что он ведёт себя странно. Злее, чем обычно. Менее рационально. Ты просила меня не выполнять никаких заказов для него — я их не получала, так что тут определенно что-то происходит.
Ой.
Вот что.
Я замолчала на мгновение. Долгое мгновение.
Наконец, я произнесла:
— Несколько дней назад я открыла дверь и обнаружила на пороге Синди из «Сладких Грёз».
Наступила очередь Татум замолчать на минуту.
— Он спит с ней? — наконец спросила она.
Эта мысль заставила меня почувствовать себя агрессивной.
— Не знаю. Но у неё в руках были самодельные конфеты на сотни долларов. Видимо, он получал еженедельные заказы.
— Ублюдок, — прошипела Татум. — Скажи, что ты убила его, чтобы мне не пришлось это делать.
— Я не убила его. Он прислал мне фотографию коробок в мусорном баке, а сразу после этого — квитанцию об отмене заказа. Думаю, больше заказов не будет.
— Он извинился?
— Он Баш. Конечно, он не извинился. — я помассировала виски. — Мне нужно выбраться отсюда, но он не позволяет мне уйти без него. Я на пределе своих сил.
— Похоже, он тоже, если это тебя утешит. — Татум вздохнула. — Я попрошу Рафа с ним поговорить.
— Что хорошего это даст?
— Тебе нужен перерыв. Он голоден. Поход в ночной клуб не будет для тебя победой, но это лучше, чем торчать в своей комнате. Кроме того, ты же знаешь, что может случиться, если демон слишком голоден, не так ли?
Я нахмурилась.
— Нет.
— Сексуальные сны, Бринн. Самые сексуальные эротические сны на свете. Не стоит их испытывать, если только у тебя нет никого, с кем можно заняться сексом сразу после этого. Но даже в этом случае я не рекомендую их видеть.
Я поморщилась, зажмурив глаза.
Как бы я себя оскорбила, если бы пошла с ним в ночной клуб, чтобы он мог питаться чужой похотью?
Сильно оскорбила.
Но я точно не собиралась ложиться с ним в постель, когда он даже не удосужился извиниться передо мной.
— Я попрошу Рафа пригласить его на ночь. Майлз и Зандер тоже придут. Будет весело, Би, — сказал Татум.
Я вздохнула.
— Ладно.
Мы закончили разговор, и я прислонилась к изголовью кровати, закрыв глаза.
В тот момент я всерьёз жалела, что не могу стать вампиром. Превращение могло бы даже освободить нас друг от друга — Майлз не была парой Зандера до тех пор, пока не стала вампиром.
Через несколько минут в мою дверь постучали.
Мне хотелось выругаться.
— Что? — воскликнула я, не вставая с кровати.
— Нам нужно поговорить. — его голос снова был безразличным. Я ненавидела, когда он становился безразличным.
— Я работаю.
— Сейчас, Бринли.
Когда он использовал мое полное имя, это не должно было меня возбуждать, но возбуждало.
— Позже, — сказала я.
Послышался щелчок замка, и дверь открылась. Я уставилась на него, когда он шагнул в дверной проём, его поза была жесткой, а глаза пылали.
— Нет — значит нет, Дэш.
— Сейчас — значит сейчас, Бринли, — прорычал он в ответ. — Ты избегаешь меня.
— Почему бы мне не избегать тебя? Должна ли я перечислять всё, что ты сделал, чтобы вывести меня из себя, начиная с того, что выдернул меня с коленей парня, с которым я собиралась заняться сексом?
— Он собирался обратить тебя, — почти прорычал Бэш. — А ты ему не принадлежишь.
— Я принадлежу себе и хочу, чтобы меня и возбуждали, и трахали, — ответила я.
Баш стиснул челюсти.
Вскоре за этим последовали его кулаки.
Его лицо было бледнее, чем обычно, а круги под глазами стали чертовски темными.
— Мне нужно питаться, — сказал он, резко меняя тему. — Рэйф хочет, чтобы мы встретились с ними в клубе через несколько часов. Мы идем.
— Ты когда-нибудь слышал о вежливости, Мэш?
— Пожалуйста, — выдавил он из себя.
— Отлично.
— Мы уходим в восемь. — он вышел из комнаты и захлопнул за собой дверь. Я не услышала, как он зашагал. Мгновение спустя дверь снова открылась. Он раздул ноздри. — Мне нужно, чтобы ты разрешила мне купить конфеты в твоей кофейне.
Слова давались ему с трудом.
Я приподняла бровь.
— Пожалуйста, — огрызнулся он.
— Зачем мне это делать? Ты ясно дал понять, что предпочитаешь мне моих конкурентов.
Его глаза пылали гневом.
— Если бы я заказывал в любой из ваших кофеен, вы бы все знали, сколько конфет я употребляю. Этого нельзя было допустить. Мне жаль, что это причинило тебе боль.
С этими словами он вышел и снова захлопнул за собой дверь.
Я схватила телефон и быстро отправила гневное сообщение.
Я:
