Я не любила мужчин. А за что любить центнер мелких и крупных недостатков, втиснутых в трусы в горошек? Работа. Именно она захватывала меня целиком. Не знаю почему, но моя начальница решила, что на мне лежит порча, и отослала к ведьме. Вот тут и началось. Сходи туда ― не знаю куда, найди то ― не знаю что. Моё заблудившееся женское счастье очухалось, включило навигатор и примчалось с сюрпризом. Нет, если бы я знала, через что придётся пройти… то прошла бы это опять.
Как в сказке. Серия книг «Жили-были»
Умницам и красавицам часто не везёт. А я принадлежала как раз к той самой редкой породе «уникальных умниц», к виду «писаных красавиц» и к его самому многочисленному подвиду «которым-часто-не». Одним словом, я была невезучей, хотя, до поры до времени, об этом даже не догадывалась. Не родись красивой, с лица воду не пить, красна ягодка, да на вкус горька… да, да, да. Это про меня. Нет, по жизни мне везло, и к своим двадцати пяти я многого добилась: и до должности заместителя начальника рекламного агентства доросла, и квартиру в Москве купила. Не скрою, родители оплатили процентов семьдесят, но ведь тридцать заработала я! Машина, не новая, но вполне надёжная, ― подарок от папы. Вы скажите, в зачёт не входит. Как же! На права-то пришлось сдавать собственными мозгами! Словом, жила я вся такая замечательная и одинокая, ведь любая творческая работа поглощает целиком, без остатка. Подруг растеряла, а парня так и не завела. Некогда было, да и выбор не радовал. Нет, я совершенно не комплексовала, не чувствовала себя обделённой или ущербной. Вот только мама, в мои редкие визиты в отчий дом, постоянно интересовалась личной жизнью единственной дочери, торопила с внуками. Такие разговоры раздражали жутко! Наконец, я не выдержала и сообщила, что готова сделать ЭКО, хоть завтра. Что тут началось! Отец кричал, что лично найдёт папашу для своего будущего наследника, мама рыдала в голос, задавая риторический вопрос, в кого я такая получилась. Пообещав лишить меня наследства, если в течение года я не найду живого мужика (причём, многоклеточного, одноклеточный, в виде маринованного сперматозоида, их почему-то не устраивал), родители выставили меня за дверь. Мужика! Да не родился тот самый мужик, с которым я согласилась бы состариться и умереть в один день. Мама что-то ещё говорила про женское счастье… А у меня какое было? Мужское? Я бы и не знала, что особенное, чисто женское счастье всё-таки существует, если б не Валентина Алексеевна, моя несравненная начальница.
– Василиса, зайди ко мне.
Вечер был, мягко говоря, поздний. Я даже удивилась, что хозяйка всё ещё на месте. Пройдя вдоль длинного коридора, кивнув ночному сторожу, проверявшему кабинеты на предмет закрытости, я протиснулась в обитель успеха. Тут всё пахло деньгами, славой и тем самым счастьем: и дизайнерская мебель, и фотокарточки с великими мира сего, и даже сама Валюша.
Валентина Алексеевна сняла очки в позолоченной оправе и указала на кресло.
– Садись и рассказывай.
Шикарная женщина! Мой кумир, мой идеал! Образ, к которому стоило стремиться!
– Ну… Сегодня закончили пять роликов. Клиенты довольны. Получили заказ на выпуск новогодних календарей от «ТопПродакшин», а «Сластёнин Дом» сырки новые прислал.
– Как сырки?
– Так себе. Но, хоть не отравились, как в прошлый раз. Вам принести? В холодильнике целая упаковка.
– Не стоит. Не сбивай меня с мысли. Я не о работе поговорить хотела. Рассказывай, что с тобой творится.
Машинально проверив все пуковички на блузе, и, разгладив юбку, я кашлянула.
– А что не так?
Хозяйка прошлась по кабинету и уселась напротив меня на краешек стола.
– Всё, Вась! Ты красивая молодая девушка, а торчишь в агентстве день и ночь. Вот сейчас ты должна спешить на свидание, а лучше домой, ужин любимому мужчине готовить.
– Да нет у меня никакого мужчины. Не люблю я их.
– Не любишь? Так я и думала. ― Валюша сняла очки. ― На тебе порча.
– Порча?
– Точно. Как мне знакомы эти симптомы. Сама такой была, невезучей. Думала, всё успею, а не успела. Очнулась, уже сорок. Подруги замуж по третьему кругу выскакивать начали, у всех взрослые дети и внуки, а я вся такая крутая и одинокая.
– Но…
– Не перебивай. Я тебя позвала не лекции мои слушать. Информацией поделиться хочу, бесценной.
Телефон на столе начальницы ожил. Валентина Алексеевна тоже ожила, зарумянилась и потянулась к трубке.
– Да, милый, минут через пять спущусь. В ресторан? В какой? Ладно, подумаю. До скорой. Целую.
Я открыла рот. Вот оно, значит, как! Мой мир рушился, разлетался на части, почва под ногами ходила ходуном. Жёсткая железная леди, акула бизнеса, на моих глазах превращалась в обычную бабу! В агентстве все знали, что хозяйка ― дама строгая, властная и одинокая. А тут: «Милый, через пять минут спущусь!».
Валентина Алексеевна прищурилась, не замечая моего замешательства.
– Я к ведьме одной ходила. Не то венец безбрачия снимала, не то венец глупости. Не важно. Вот только не прошло и месяца, как в моей жизни мужик появился. Разведённый, с крепким строительным бизнесом, с домом за городом. Словом, не мужчина, а мечта. Уж и не надеялась, что в сорок с хвостиком…
Она поднялась, подошла к вешалке и сняла шикарную норковую шубку.
– Это я к чему? Вот пропуск. Сходишь к ведьме, сделаешь всё, что она велит. А я проконтролирую.
