— Так вот ты о чем, — он смущенно потер подбородок, — Риш просил не сообщать тебе, чтобы проверить тебя на лояльность по отношению к слугам и на твою компетентность, — вывернулся он.
— Надеюсь, он будет доволен, — ответила я холодным тоном, — тем не менее, я прошу рекомендацию, если, конечно, заслуживаю.
— Я поговорю с Ришем, — уклончиво ответил лорд. Я забрала посуду и спустилась вниз.
На кухне сидела заплаканная Морана и пила чай. Меня просто обожгла взглядом, но я сделала вид, что не заметила. Сделав удивленное лицо, спросила:
— Морана, кто тебя обидел?
— Я ударилась очень сильно, — ответила она, сквозь зубы, очевидно, ей было категорически запрещено говорить мне что-либо или обижать меня. Что ж будем иметь выгоду из этого.
— Так возьми средство от ушиба, последствия могут быть плачевными.
Она молча поднялась и вышла. Я же налила себе чашечку чая и взяла еще блины, с удовольствием смаковала минут пятнадцать. Повар покачал головой и продолжил готовить ужин. Я, напившись чаю, пошла в кладовые, предварительно приказав повару, чтобы он сообщил, когда ужин будет готов. С кладовщицей Лотой перебрали и завизивировали все имеющиеся скоропортящиеся продукты. Пришла служанка и сообщила, что ужин готов. «Ты-то мне, голубушка, и нужна, теперь твоя очередь к Ришу идти»
— Лежна, пусть Хальни отнесет господину ужин, накроет и обслужит. Ты же пойдешь с ужином к Ришу, подашь то, что подают хозяину, это приказ лорда. Да! Еще Его Светлость приказал растереть Риша на ночь снадобьем, будь добра, разотри, ты видишь, что я занята и скоро не освобожусь. Иди, — приказала я и, обращаясь к Лоте, сказала, — теперь пересмотрим крупы, количество имеющегося и истраченного, скоро конец месяца, мне господину отчет нести. — В общем, затянула я проверку аж до десяти вечера, но была очень довольна: и повинности с Ришем избежала, и ревизию одной кладовой провела, осталось сверку сделать. Ужинали мы с Лотой сами, бурно обсуждая, что необходимо истратить побыстрее, что купить на предстоящую зиму, уговорились следующие покупки делать вместе, а чтобы господин не имел на нас причины гневаться, список продуктов уточнять сразу после отчета.
Поужинав, я ушла в купальню, намылась и намазалась кремом, выпрошенным у хозяина. Просушив волосы, заплетя слабую косу, одела ночнушку, поверх халат и помчалась в свою комнату. Все, о чем мечтала — поспать. Но не тут-то было.
У двери моей спальни ждала Лежна. Я искривила лицо:
— Ну что еще, Лежна? Я устала, за день столько работы сделала.
— Иса, — она замялась, меня это насторожило, — Риш не захотел, чтобы я его растирала, сказал, чтобы ты пришла.
— Ты что, с ума сошла, — делано возмутилась я, — если он не захотел растирания, это его проблемы. Какая разница кто из нас ему спину натрет? Не хочет, как хочет. Я сделала все, чтобы позаботиться о его здоровье, приставила к нему людей, сама в критический период ухаживала, ко мне претензий не должно быть. Передай ему, что или ты его разотрешь, или останется так. Все, иди. Больше меня до утра не беспокой. — Я повернулась и вошла, а она еще стояла и мялась у двери. Пусть теперь идет к своему молодому господину и поясняет, почему я не пришла. Это в наказание, что не сообщила, кем на самом деле является Риш.
Я с удовольствием легла на чистую кровать. Ныла спина, гудели ноги, но было приятно — на место поставила зарвавшихся служанок, Риша обломала, лорда заставила задуматься о своей ценности. Мысли стали постепенно путаться и сама погрузилась в сон. Спала, похоже, очень недолго. Грохот в дверь прервал мой сон. Я спросонок не могла понять, что случилось и где я. Потом от вторичного грохота окончательно проснулась:
— Кто там? Что случилось?
— Иса, открывай дверь немедленно, — раздался за дверью голос Риша.
— Кто это? — продолжала спрашивать я, лихорадочно придумывая, куда бы смыться.
— Риш, — выдавил голос. — Открывай сейчас же.
— Иди спать, Риш, время позднее, я уже легла.
Бешеный стук в дверь стал ответом. «Что он придумал на этот раз?»
— Не выламывай дверь, Риш, не открою, еще и хозяину пожалуюсь, чтобы выгнал тебя, ведешь себя по-хамски.
— Иса, — голос за дверью чуть ли не завыл, — это приказ — открой.
— И с какого перепугу лакей приказывает управляющей? Напился ты что ли? Угомонись, засмеют же.
Он замолчал, потом стало доноситься бормотание, а через некоторое время задвижка, запирающая комнату, открылась сама. Я с испугу соскочила с постели. Риш вошел в комнату и захлопнул дверь. Лучшая защита — это нападение.
— Вышел вон из моей комнаты, быстро!
— Ты с кем так разговариваешь? Знаешь, кто я? — услышала рычание в ответ.
— Да мне глубоко фиолетово, кто ты! Пшел отсюда! Будет утро, тогда и поговорим.
Это последнее, что я успела сказать. Взбешенный Риш отвесил мне две крепкие пощечины и прошипел:
— Отныне обращаться ко мне господин, милорд, Ваша Светлость, хозяин. Я наследник этого дома — лорд Ришлорн Эрентигл Хойвер. Требую извинений.
— За что? — возмутилась я. — Милорд, Вы пришли как слуга, никто меня не ставил в известность, что Вы — господин. За что немилость?