Как верёвочка вилась полностью

После такой речи и мёртвый бы заговорил, а пешки – ни гу-гу! Стоят что твои солдаты, плечо к плечу, – и хоть кол им на голове теши!

Язычок Пламени с тоской огляделся по сторонам, но – увы. Не было никого в поле его зрения – кроме этих вот шахматных фигур, в рот воды набравших… Значит, пройдёт торжественный момент – и никто слова путного не скажет. Решив хоть как-то помочь делу, он заговорил сам, обращаясь – получается – в пустоту.

– Дамы и господа! Сегодня мы с вами проживаем необыкновенно торжественный вечер. Он непохож на обычные вечера. От обычных вечеров его отличает особая торжественность. В такой торжественный вечер хочется забыть обо всех заботах и задуматься о чём-нибудь возвышенном. Как же это хорошо и прекрасно!

Язычок Пламени остался очень доволен собой. Он победоносно посмотрел на шахматную доску: знай, дескать, наших – без посторонней помощи справились! – и, назидательно вспыхнув последний раз, угаснул.

– Слава тебе господи! – тихонько сказала Белая Королева Чёрной. – Теперь уже никто не помешает нам наслаждаться этим тихим вечером.

И короли улыбнулись своим королевам.

И офицеры улыбнулись, и их кони улыбнулись.

И даже ладьи улыбнулись.

И шестнадцатью улыбками улыбнулись шестнадцать пешек.

Серьёзный договор между двумя шнурками был заключён однажды ночью, то есть именно тогда, когда в мире происходят особенно важные вещи. Правда, мало кому известно, что это за вещи, но в том, что они важные, не сомневается никто.

Шнуркам, значит, было известно такое дело – вот они и выбрали ночное время, чтобы заключить между собой договор. Какой именно договор – этого они в тот момент ещё не решили, зато твёрдо знали: договор непременно должен быть серьёзным, иначе и заключать его не стоит.

А ночь, кстати сказать, выдалась совершенно безлунная – стало быть, смело можно было рассчитывать на то, что договор останется в тайне.

– По-моему, эта ночь очень подходит для заключения договора, – тихонько шепнул Правый Шнурок Левому.

– Согласен, – отозвался Левый Шнурок. – В такую ночь ничто и никто не мешает заключать договоры… Только вот какой, интересно, договор мы с Вами могли бы заключить?

– Любой! – со знанием дела заявил Правый Шнурок. – Какой нам нравится, такой и заключим: всё ведь от нас зависит.

Левый Шнурок от радости даже скрутился в спираль:

– Давайте же скорее заключать! Это, наверное, ужасно увлекательно!

И тогда Правый Шнурок неожиданно предложил:

– Пожалуй, лучше всего заключить договор о ненападении кого-нибудь на кого-нибудь: такие договоры всегда заключают очень серьёзно.

Левый Шнурок сначала опешил, но потом идея ему понравилась. Он только спросил:

– А о ненападении кого на кого?.. Давайте заключим договор о ненападении никого на никого! Чтобы уж сразу…

– Глупо! – сказал Правый Шнурок. – Подобный договор не будет иметь силы. Договор должен касаться не всех вообще, а только некоторых. – Он подумал как мог основательно и признался: – Меня, например, страшно беспокоит, что в Африке тигры нападают на антилоп. По-моему, этого нельзя больше терпеть.

– Нельзя! – воодушевился Левый Шнурок и смущённо добавил: – Правда, я не знаю, кто такие антилопы…

– Я тоже не знаю, но дело не в этом, – заверил его Правый. – Дело в том, что моё терпение лопнуло!

– И моё, разумеется, тоже лопнуло… уже сто лет назад! – поспешил присоединиться Левый Шнурок.

Тут и заключили договор о ненападении тигров на антилоп: Правый Шнурок подполз к Левому, и они благополучно скрепили договор узлом. А чтобы узел был покрепче, шнурки опять расползлись как можно дальше друг от друга и даже изо всех сил подёргались.

– Вот, – с удовлетворением произнёс Правый Шнурок. – Теперь наш договор нерушим.

– Значит, отныне тигры в Африке не будут нападать на антилоп? – Левый Шнурок выглядел очень возбуждённым.

– Не будут, – подтвердил Правый и торжественно добавил: – С этой ночи мы с Вами можем спать совершенно спокойно.

В ответ на его слова очень возбуждённый Левый Шнурок сразу взял себя в руки и совершенно спокойно уснул. Ему снились тигры, целующие антилоп в губы.

…Однако наутро надо было надевать ботинки. Сделать же это оказалось невозможно.

– Вас невозможно надеть! – так прямо и сказали в доме. И добавили: – Тут не обойтись без посторонней помощи.

Посторонняя Помощь не замедлила явиться. Ей было пять лет, и у неё было два белых банта во всю голову. Она посмотрела на ботинки и протянула:

– Та-а-ак…

А больше ничего не сказала и принялась развязывать узел. Шнурки лохматились, но не поддавались.

– Вы что, шнурки, с ума сошли? – поинтересовалась Посторонняя Помощь и пригрозила: – Я же вас разрежу сейчас! Ножницами.

– Это будет совершенно безрассудный шаг с Вашей стороны, – отозвался Левый Шнурок. – Потому что тогда бедным антилопам – конец.

– Кому конец? – опешила Посторонняя Помощь.

– Бедным антилопам, – вздохнули оба шнурка.

– А кто такой беднымантилопам? – Посторонняя Помощь подозрительно сморщила носик и достала из кармана немыслимо большой носовой платок.