— Ладно, давай. — он говорил так, будто просто подшучивал надо мной.
— Нет никакого способа развести нас?
— Нет, несмотря на многовековые усилия многих самых несносных ведьм на планете.
Я сморщила нос при упоминании ведьм.
Все ненавидели ведьм.
Честно говоря, я даже не знала, почему. Их просто ненавидели.
— Тогда почему ты выбрал в пару меня?
— Потому что у меня был выбор: вечность с тобой или в камере.
Точно.
Тюремная тема.
— Что ты сделал, чтобы оказаться в тюрьме? И почему тебе пришлось выбирать между браком и тюрьмой?
— Я же сказал, что работаю на ваше правительство. Мы с братьями охотимся на вампиров, которые убивают людей. Пока мы убираем за собой, сверхъестественное правительство закрывает на это глаза. Мы уничтожили высокопоставленную вампиршу после того, как она расправилась с группой людей, и, хотя у нас были доказательства того, что она нарушила законы, правительство вмешалось. Я взял на себя вину за это, чтобы мои братья остались на свободе, и в итоге оказался в тюрьме.
Я моргнула.
— Так ты убиваешь вампиров?
Я что, специально тупила?
Да.
В настоящий момент было гораздо проще заклеймить его как настоящего злодея, чем признать, что он защищает людей.
— Только плохих.
Я нахмурилась.
— Убийство есть убийство, Рафаэль. Тюрьма существует для того, чтобы держать вампиров.
— Согласен не согласиться. — он откусил еще кусочек шоколада. — Кто их сделал?
— Мой шеф-повар, — проворчала я.
Ему не нужно было знать, что я и есть мой шеф-повар.
— Ты должна дать мне его номер. Я никогда раньше не пробовал ничего подобного.
Комплимент имел бы для меня большее значение, если бы он не воспользовался моей ошибкой, чтобы установить между нами супружеские узы. И при этом истощил эмоции моей любимой бариста.
По крайней мере, он не станет убивать меня, ведь я не вампир. Это плюс.
— Так почему же они выпустили тебя из тюрьмы?
— Мы с братьями уже много лет разрабатывали планы на случай подобных ситуаций. Я знал, что в Скейл-Ридже у меня есть возможная пара, поэтому жил здесь на протяжении всего судебного процесса и требовал сократить срок заключения ради спаривания. Пар уважают в сверхъестественном сообществе, и связанные узами живут по другим правилам. Никто не относится к спариванию легкомысленно.
— Кроме тебя, видимо, — бросила я в ответ.
Он пожал плечами.
— Это лучше, чем тюрьма.
— Для тебя, может быть.
На секунду он замолчал.
Я подумала, что, возможно, он чувствует себя виноватым, но, приглядевшись, увидела, что он с выражением оргазма наслаждается моим вариантом чашек с арахисовым маслом.
Ублюдок.
— Ты человек, — наконец сказал Рафаэль. — Или была им, во всяком случае. Ты слышала о потенциальных парах?
Нет.
— Сверхъестественные существа не могут просто выбрать кого-то из толпы, чтобы провести с ним всю жизнь, как это делают люди. У нас есть несколько потенциальных пар, с которыми мы связываемся в течение жизни. Большинство демонов переезжают в другой город или страну, когда начинается тяга к новой потенциальной паре, потому что мы обычно не заинтересованы в том, чтобы брать себе пару. Это знак того, что наша магия нашла кого-то, с кем она совместима, и не более того.
Я моргнула.
— Я человек. У меня нет магии.
— Люди сильны по-своему. Одни умеют владеть словом или рисовать. Другие — прекрасные ораторы, хорошие друзья или любящие родители. Существует множество форм магии, и все они достойны защиты.
Его взгляд остановился на коробке, из которой он достал очередную конфету.
Я старалась не смотреть на него с изумлением, потому что последним комментарием он потряс меня до глубины души.
— И вообще, ты больше не человек. Ты связана со мной, а значит, ты демон. Тебе нужно будет питаться так же, как я, иначе начнешь терять контроль.
Вот так я снова стала его ненавидеть.
— Что? Я думала, сверхъестественными рождаются, а не становятся?
Он усмехнулся.
— Это ложь, распространенная, чтобы люди не охотились на нас, чтобы стать такими же, как мы.
Великолепно.
Это было просто великолепно.
— Как же тогда превратить человека в демона?
— Демона можно создать только в результате спаривания. А чтобы создать вампира, достаточно осушить человека с несколькими каплями вампирской крови в организме. Их легче обратить.
— И труднее контролировать? — даже я слышала о нападениях вампиров в прошлом. Они случались редко, но всё же случались.
— Именно.
Мы припарковались около моей квартиры, и Рафаэль окинул здание оценивающим взглядом. Четырехэтажный комплекс был небольшим и простым, но за ландшафтным дизайном по большей части следили.
— Не особо безопасно, да?
Мне захотелось ударить его по лицу.
Я очень, очень хотела.
Хотя в ней не было ничего особенного, она была достаточно дешёвой, чтобы, переехав в неё, мы с соседями по комнате смогли быстро расплатиться с долгами за бизнес и образование. Последний из нас расплатился с долгом несколько месяцев назад, и мы отпраздновали это событие поездкой на Гавайи. Это было потрясающе, и я чувствовала себя свободной.
Но мы всё равно не хотели платить за квартиру получше. Я копила на дом, Майлз инвестировала, а Бринн не знала, на что ей копить деньги.
