- Ваше величество хочет жениться на мне?! – всплеснула руками чудовищная полуглухая и, по-моему, свихнувшаяся старуха, которая мало что понимала, что происходит. Она не поняла иронии и смотрела на мальчишку откровенно жадным взглядом... Выжившая из ума старуха, в юности бывшая первой красавицей и впадавшая в детство, даже не поняла, что это шутка...
Я схватилась за Мари, чтобы не упасть, широко раскрыв рот и боясь спугнуть такой момент.
Принц замер.
- Дорогие мои, – раздался ее голос, – поспешите ко мне, принц сделал мне предложение...
Я умирала от смеха, отчаянно стараясь не хохотать во все горло и закрывая лицо руками. Ведь в Англии такое слово обычно железно держат, сказанное – дело чести – иначе его никто не будет уважать. Мари отчаянно уткнулась в меня, но я плохая салфетка – я тряслась.
Мама отчаянно закрывала лицо салфеткой, но это она тряслась, и было видно, как во все стороны от ее покрасневшего лица летели во все стороны слезы...
- О дорогой! – схватила старуха Джекки за руку, – пойдем, я представлю тебя моим родным. – Послушайте, какая у меня радость!!! – завопила она. По лицу ее текли благоговейные слезы.
- Мама, ты, наверное, ослышалась, – в ужасе сказала ей одна старуха, тщетно пытаясь оторвать ее от Джекки, который сам в шоке отрывал старухины пальцы от рук.
Я хохотала уже открыто, но Мари еще закрывала лицо руками, содрогаясь от смеха...
- Ты ведь подтвердишь, дорогой, ведь слово мужчины – слово чести, – немного встревожено проговорила старуха. – О нет, постой, – ловко перехватила она его руку, – не смущайся, я буду отличной женой... Я понимаю, что ты немного смутился, – растеряно проговорила древняя старуха, отчаянно удерживая вырывавшегося принца, – но сейчас ты увидишь моего папу и деда, и поймешь, как был нелеп твой страх.
Я не выдержала, и села на пол, закрыв лицо руками. Очевидно, от мысли, что Джекки вот сейчас отправится прямиком к “папе”, который, наверное, дважды перевернулся в своей могиле вместе с еще в прошлом столетии почившим дедом, мне сделалось дурно.
- Папа, где ты!!! – закричала старуха, оглядываясь по сторонам. – Покажись!!!
Мне стало худо от смеха, и я повалилась на свои колени, а на меня навалилась рыдающая от смеха Мари.
- Где ты, скорей благослови нас!!!
Я как представила, как ее “папа” вылазит из могилы, стуча костями, и благословляет принца тенью отца Гамлета, так чуть не свернулась. В могилу давно сошел ее сын, а она еще жива.
Один граф стоял с дурнуватым видом, смотря на принца с интересом, как дурачок.
- О Господи, венчайте скорей, жених молодой, такой нетерпеливый, – старуха хихикнула, ибо Джекки выделывал что-то непонятное.
Мы с Мари просто лежали.
В это время в зал вошел епископ.
- Венчать? Кого венчать? Где помолвка? – растерянно спросил он. – Кто нетерпелив?
У принца не выдержали нервы. Он, как это увидел, так, забыв про все, дернул прочь. Но не рассчитал, насколько еще сильна старуха, и, запутавшись в чьем то шлейфе, прямо со старухой рухнул на пол в аккурат под ноги епископу... Оказавшись перед ним на четвереньках, а успевшая подняться старуха – на коленях.
- Чего вы стоите, благословите их скорей, пап'a!!! – дурным голосом провизжала я.
Епископ механически занес руку для благословения. Он ничего не понял, кроме любящей пары. И, к тому же, у меня всегда получалось приказывать, а люди думали потом.
И тут принц не выдержал. Он рванул прочь так, что одежда треснула. С треском оставляя клочки одежды, он, прямо на четвереньках, ринулся со всей мочи из зала, волоча за собой упрямую старуху.
Мы с Мари умерли, рядком сидя на полу. Это уже не был смех.
- Принц! Принц! – вопили мы, подпрыгивая как на скачках, поддерживая любимую кобылу.
- Стой! – орала старуха. – Я с тобой всегда!!! Я твоя жена!
Не разобравшись, епископ кинулся за ними. Увидев это, Джекки совсем тронулся. Он буквально молотил ногами и руками по полу, волоча за собой старуху и вцепившегося в нее епископа.
- Именем церкви, – сказал епископ...
Видя, что ему не оторваться, ошалевший принц начал сбрасывать одежду, яростно вырываясь... С ним случилась истерика – нервы совсем сдали.
- Ах! – по залу пронесся вздох восторга. Принц сумел вырваться из любящих рук. И теперь опережал старуху.
В зале не ржал, наверное, только слепой. Мы улюлюкали и свистели.
- Остановись, я же твоя навеки, – вопила невеста, хватаясь за него.
А принц, наконец, оторвавшись, прямо на четвереньках бешено рванул прочь, имея лишь не более полуметра отрыва.
- Жениха, жениха держите!!! – дурным голосом вопила я.
Не разобравшись за спинами, какие-то сердобольные дамы начали ловить Джекки.
Визг, свист, поощрительные крики превысили всякое соображение.
- Принц!!! – скандировали мы, выкидывая вверх руки. Все болели за него, как на скачках.
Ржание и рев стояли хуже, чем на скачках. Все болели, кричали, свистели стоя. Дамы рыдали в платочки, опершись на мужчин.
Я, откинувшись на стенку, хохотала, как безумная и хлопала в ладоши.
