Грозный неторопливо разряжает барабан нагана. Кладет на стол шесть патронов. Седьмой оставляет в револьвере.
— Сыграем по самой высшей ставке, какую можно поставить в покер… — заявляет Грозный.
Он садится на место Дзика, по другую сторону столика. Наливает в стаканы водку.
— Вытащи свой пугач, — приказывает он. — И оставь в барабане только одну косточку…
Фабиан делает, что велит Грозный. Перед ними лежат теперь два револьвера.
— Тот, кто продует ставку, стреляет себе в лоб по команде выигравшего, понял?
— Нет, — отвечает Фабиан. — Это не игра…
— Умереть хочешь? — тихо цедит Грозный.
Фабиан с напряжением вглядывается в его лицо. Он молчит, так же как и все остальные в зале. Фабиан делает движение, словно бы намереваясь встать. Грозный хватается за револьвер. Фабиан застывает на месте.
— Ладно, — бросает он через мгновение. — Сыграем… Но монета этого торговца, которого ты сегодня убил, не принесет тебе счастья…
— Увидим…
— О чем это они? — спрашивает Рен у Крука, который подошел к нему в этот момент. — Что происходит?
— Как, ты не знаешь?! — удивляется Крук. — Грозный вместо пэпээровца, который должен был приехать, ухлопал продавца образков…
— Ничего себе… — тянет в задумчивости Рен. — Неплохо для начала…
— Я выйду, — заявляет неожиданно Крук. — Нет охоты смотреть на побоище…
Рен не отвечает.
— Кто раздает карты?
— По три раздачи каждому, — говорит Грозный. — Можешь сдавать первым…
Фабиан вздыхает с облегчением. Берет карты. Тасует их с профессиональной ловкостью. Грозный перекладывает колоду. Фабиан раздает по пять карт.
Грозный заглядывает в карты. Отбрасывает три. Фабиан берет две, Грозный — три.
— Играем на всё, что на столе?..
— Только один из нас останется в живых, — заявляет со злобной ухмылкой Грозный. — Ему достанется монета, и он будет возглавлять банду, уразумел?
Фабиан иронически улыбается. Постепенно к нему возвращается самоуверенность.
— Что у тебя? — спрашивает он быстро.
— Шесть бабок, два юнца…
Грозный кладет на стол три дамы и два валета.
— Порядок, — восклицает обрадованный Фабиан. — Ты проиграл…
Он бросает на стол четыре короля и туза.
Грозный берет наган. Сидящие за столиками люди с шумом отодвигают стулья и пробираются к стене.
Грозный приставляет к виску револьвер.
— Раз, — кричит Фабиан.
Грозный нажимает указательным пальцем курок, барабан поворачивается на одну ячейку.
— Два, три! — командует быстро Фабиан. — Стреляй!
Барабан останавливается. Грозный нажимает на курок. Раздается сухой треск. Боек ударяет в пустое отверстие.
По залу проносится глухой вздох облегчения.
Рен покидает корчму. Он взбудоражен, курит сигарету, жадно затягиваясь. Оглядевшись вокруг, смотрит на дорогу, по которой как раз стадо коров возвращается с пастбища. За пастухом следует, как тень, вооруженный мужчина.
Медленно приближаются сумерки.
Рен направляется к вилле доктора. Пройдя несколько метров, останавливается. С противоположной стороны к нему приближается Вятр.
— Ну и повоевали мы сегодня!
— Да.
— Я был у Кордиана.
Рен молча кивает головой.
— Это уже не войско, старик, — с грустью говорит Вятр. — И не война. Это конец.
— Да.
— Что за день! Такой сумбур, столько беготни, свар. И три ненужные смерти.
— Это верно.
— Я на такое не гожусь, — продолжает Вятр. — Сыт всем этим по горло.
— Я тоже.
— Эх, поехать бы куда-нибудь к морю…
— Почему именно к морю? — удивляется Рен.
— А потому, что гор с меня предостаточно… А тебе разве нет?
— Пожалуй, да.
— Ты с ксендзом говорил?
— Да. Он займется похоронами Кордиана.
— А что в корчме?
— Похоже, готовятся еще одни похороны…
Карты раздает Грозный. Фабиан внимательно следит за ним. По его лицу текут струйки пота. Совершенно очевидно, что он уже обессилен игрой.
Фабиан заглядывает в карты. Откладывает две. Грозный берет три.
— Что у тебя?
— Два короля.
— Два юнца, — говорит Грозный. — Ты выиграл…
Грозный неторопливо берет револьвер.
Фабиан рывком хватает стакан водки и опрокидывает залпом.
— Люди, нет на вас креста! — обращается к ним монах, приближаясь к столику на подгибающихся ногах. — Нельзя так играть с жизнью ближнего своего… Умоляю вас, во имя господа нашего прекратите это кощунство и не искушайте более диавола… — Монах икает. — Прошу вас…
— Считай, — говорит Грозный Фабиану.
— Дорогие мои, разбойнички вы золотые, лучше водочки вместе попьем всем миром, ибо оттого вреда будет меньше для вас, да и пеклу на одну душу грешную меньше достанется. — Тут монах снова икает.
— Рен! — зовет Грозный. — Рен!
— Нет его здесь!
Грозный показывает движением головы на монаха.
— Уберите этого… в рясе! Пусть угомонится, наконец!..
Чайка и Дзик силой выпроваживают из зала упирающегося монаха.
Труп Фабиана лежит повернутый лицом к столу, с которого уже кем-то прибраны деньги, стаканы и бутылка с водкой.
Грозный стоит между столиками и молча наблюдает за торопливо собирающимися в путь людьми. Он пьян. Его огромное тело лениво покачивается на широко расставленных ногах.
В углу сидит на полу скорчившийся монах и тихо плачет. Неподалеку от него неподвижно застыл на стуле доктор.
Люди Грозного постепенно покидают корчму.
