видели. Чтобы все было как у людей. Он и выпить может, если хочет, какой
мужик без этого, но чтоб только по-людски, по праздникам, когда не пьют
только больные да чокнутые, которые что-то ставят и?, себя, будто умней
всех...
Толя по праздникам не пил. Потому что праздник — это два, три, а то и
четыре свободных дня, которые можно провести в горах. Сначала приглашал
и ее, но безрезультатно; из дому ухлодил один. Она работала на
шелкокомбинате, была, как и он, простым рабочим человеком, он думал,
когда женились, что будут легко находить общий язык — из одного теста!
Ан нет. Люди разнятся не потому, что один окончил ФЗО, а другой — уни-
верситет. Вовсе не потому!
Не уехал Толя в Кара-Куль и на будущий год. Ошские альпинисты
задумали высотную экспедицию на Памир, в верховья ледника
49
Корженевского, руководство брал на себя преподаватель Ошского
пединститута, мастер спорта по альпинизму Александр Николаевич
Еропунов. Легкий на подъем, человек этот все свободное время проводил в
горах, будь то скалы Чиль-Устуна или арчевые леса Киргиз-Аты, работал
инструктором в альпинистских лагерях. Так что знал район, людей, а
поскольку была у него и хозяйственная струнка, то все устроилось
наилучшим образом.
Намечалось совершить восхождение на несколько вершин Заалайского
хребта, в том числе и на Кызыл-Агын. Шесть с половиной тысяч — высота
солидная, готовиться надо было всерьез. Оповестили альпинистов. В
назначенный день Толя отправился на Сулеймаику. Вместе с. Фрейфельдом.
Ребята опаздывали. Это была та необязательность, которая всегда так
раздражала в людях. У скал оказалась лишь незнакомая девушка, почти
девчонка, невысокого росточка, голубоглазая, светловолосая, в плащике и
туфлях на каблуках, очень неподходящих для Сулейманки. Не раз пришла,
бог с ней, не прогонять же! Походит с недельку, сама поймет, даже забудут,
что появлялась такая, обычное дело!
— Вы Фрейфельд и Балинский? — неожиданно спросила новенькая.
Получив утвердительный ответ, обрадовалась, словно встретила близкую
родню, перехватив их взгляд, извинилась за свой вид, поскольку не
надеялась, что встретит кого-то «из своих», что тренировка состоится. Но она
сбегает в гостиницу, тут рядом, и мигом приведет себя в порядок. Звать ее
Эля. Фамилия Насонова.
—Так вы откуда?
—Из Кочкор-Аты.
—Работаете там?
— Да, в Киргизнефти. Техником-геофизиком.
— А сюда что?
— Как что? На тренировку.
— За сто километров?
50
Пожала плечами, дескать, а что делать? Она приехала за сто, точно так
же приехала бы и за двести. Знакомых в Оше у нее нет, сама в этих местах
недавно. Где останавливается, когда нет мест в гостинице? Да здесь же, на
Сулейманке. Мешок спальный с собой, а с наступлением темноты здесь
никого не бывает, да и кто ночью лазает по скалам?
На первом же занятии мягко, ничуть себя не затрудняя, она прошла
гладкое скальное «зеркало», едва касаясь редких и незаметных зацепов
кончиками пальцев. Ребята пройти «зеркало» смогли не все. Под всякими
предлогами они оставались после тренировок, чтобы украдкой, без всякого
риска для самолюбия еще и еще раз попытаться пройти эти заколдованные
два-три метра стены, непонятно каким образом поддающиеся другим...
Балинскому ладно, это воспринималось как должное... Но какой-то девчонке!
Так Балинский познакомился с Элей Насоновой. Она рассказывала, а он
улыбался тем совпадениям, которые открывал для себя в ее рассказах.
Детство прошло в Крыму, в Алуште, маленькими чертенятами лазили в горы
за цветами, прыгали со скал в море. Училась в геологоразведочном
техникуме, занималась гимнастикой. Однажды однокурсники уговорили,
сходила с ними в туристский поход. Дело было зимой, простудилась, но,
отлежав предписанное врачом, решила сходить еще раз, чтобы разобраться,
что же все-таки это такое — поход? Разобралась. Купила путевку в
альпинистский лагерь, увидела Эльбрус. В лагере пели: «Хоть плачь, хоть
кричи — попадешь на Гумачи». Гумачи — первая зачетная вершина,
«единичка», большего программа подготовки начинающего альпиниста не
предусматривала. Эле «единички» показалось мало. Но как задержаться в
лагере еще на смену?
Устроилась на кухню раздатчицей. В дни отдыха между сменами
выполнила третий разряд. Потом попала на сборы. Тут уж ей помогали
вовсю. Второй разряд давал право заявить Насонову в соревнованиях по
скалолазанию, а кто из девушек мог выступить лучше ее, привыкшей к
51
скалам, как горожанин к тротуару?
Получила второй разряд. Ездила на соревнования. Домой привезла
сорокаметровый конец веревки. Теперь ходила на скалы чуть ли не каждый
день, прихватывая братишку, его друзей, всех, кому хотелось в горы. Она
вспоминает об этих походах с невольным ужасом. А тогда...
Однажды на высоте шестиэтажного дома хрустнула и осталась в руке
