всякая такая лирика его не занимает.
—Теперь так. Кто не оформит документы, пусть не надеется, на
маршрут не выйдет. Вопросы есть?
Приступили к своему делу врачи. Леша Шиндяйкин приволок целый
мешок витаминов и теперь потчует всю братию. Какие-то особые таблетки
он скармливает контрольной группе. Контрольная группа задирает нос и
начинает злоупотреблять своим положением.
225
—Эй, вы там, — командует Курочкин, — дайте печенье контрольной
группе!
Все впереди! Бураны, снег по плечи, мороз и скальные стены на семи
тысячах, а пока можно млеть над Ножкой горячего чая, что-то говорить,
кого-то слушать, до слез смеяться над шутками, которым внизу едва ли и
улыбнулся бы.
— Николай Иванович! У тебя бутыль спирта была, нельзя ли ее. .
символически. .
— А ничего кашка, естся!
— Где сахар? Сахар не просматривается!
— Ого, палтус-то о двух концах!
Расходились поздно. Снизу шли тучи, затягивали вершины; над темным
фронтом непогоды в разрывах облаков одиноко, прекрасно и жутковато
светила какая-то звезда.
—Вон покатилась, и я загадал.
Выйти живым из боя…
Тут только пришла минута в молчании подумать о том, что сегодня
девятнадцатое июля. День рождения Эли! Как-то они там, на «Корее»? Что у
них?
ТРЕНЕРСКИЙ СОВЕТ. ПОБЕДА
Снег зарядил еще ночью, и к утру навалило с полметра. Но Овчинников
поднял всех на разминку, на расчистку лагеря, а снег все продолжал идти,
гор не было видно, и Балинский все думал о том, что же делается там, на
«Корее»? Но у них своя погода, наверное, а здесь своя. Пошли на завтрак, да
так чуть ли не весь день в кают-компании и просидели, благо Николай
Иванович по случаю ненастья был щедр и на чай и на кофе, и только когда
палатка вконец проседала под тяжестью снега, выгонял всех на авральные
работы.
226
Планы у буревестниковцев, как всегда, намечались большие. Уже одно
то, что для участия в первенстве СССР заявлено две группы,
свидетельствовало о серьезности их намерений. Группа Валентина Иванова
должна была совершить первовосхождение на пик 6744, а затем пройти
траверс всего массива пика Победы с запада на восток. Не менее сложную
задачу предстояло решить группе Валентина Божукова — еще никем не
хоженный траверс пиков Сланцевый — Хан-Тенгри. В случае успеха оба
маршрута могли принести экспедиции медали всесоюзного чемпионата, и не
было ничего удивительного в том, что этим группам и уделялось основное
внимание.
Две другие группы принимали участие в первенстве «Буревестника».
Группа Юрия Скурлатова готовилась к восхождению на Хан-Тенгри с
ледника Семеновского по классическому маршруту, группа Володи Боброва
— на Победу через пик Важа Пшавела. О каждом из этих восхождений
можно было только мечтать, и, когда появилась возможность выбора, Толя
не знал, на что и решиться. Все-таки он побаивался за себя, за спину, боялся
подвести других. Кочетов был только за Победу. Стрельцов только за
Победу. Но ведь и группы, отправлявшиеся на Хан-Тенгри, тоже
рассчитывают подняться потом на Победу; заманчивый вариант — испытать
себя сначала на «Хане»!
И Балинский сказал:
— Методически правильней было бы сначала сходить на Хан-Тенгри.
— Видишь ли, видишь ли, видишь ли, — взволнованно зачастил Володя
Кочетов, — а ты уверен, а ты уверен, что Победа тебя будет ждать, ты
уверен?
Но слово было сказано, и на тренерском совете Овчинников включил
Балинского в группу идущих на Хан-Тенгри.
—К ханыгам, значит, — ревниво сказал Володя, — ну что ж, счастливо!
Балинский хмурился. Он уже жалел о своем решении. При чем тут Хан-
Тенгри? Конечно, ему всегда хотелось побывать на этой красивейшей
227
вершине Тянь-Шаня, но что Хан-Тенгри, если он весь этот год, сразу же
после осеннего письма Гены Курочкина думал только о Победе! Черт дернул
его за язык! Ему нужна Победа! И именно в этом году!
. .О Победе Балинский знал все. Все то, что можно выудить из
ежегодников и географической литературы. Так уж привык, если готовиться
к чему-нибудь, то готовиться основательно, с минимальным допуском, как
бы подчас ребята над такой старательностью ни посмеивались. Смотрел,
конечно, и отчеты. Те, что хранятся в Федерации альпинизма.
. .Самый северный семитысячник на земном шаре. Вторая по высоте
вершина советской земли. И. . наверное, первая по числу разыгравшихся на
ее склонах трагедий К лету 1967 года на ее вершине побывало всего лишь
двадцать пять человек, а рассчиталось жизнью за поединок с ней двадцать
девять. И поэтому к тому грозному арсеналу оружия, которым Победа
отстаивала свою неприкосновенность от посягательств человека, добавилось
еще одно, самое, пожалуй, неприятное, — психологический шок.
Хан-Тенгри — это пик. А Победа — это даже не вершина, не гора, это
целое горное поднятие, угрожающе-свирепое и могучее, как туша мамонта.
