- Да нет, конечно. Этот Шикига́м до сих пор возле неё трётся. И почему она его терпит? Очевидно же, что… - он осёкся и, обратившись ко мне, продолжил, - Вы уж простите нас за весь этот сумбур. Просто в нашей стране столько несправедливости, но никто не желает об этом говорить, а тем более как-то решать эти вопросы. В общем, идите по этой дороге, никуда не сворачивая. Вам будут попадаться различные деревни, и вы можете обходить их стороной. А, как повстречаете первый город, спросите у местных, как он называется. Если Ларбита́ния, то вы на месте. Поспрашивайте местных о Лаодиме. Его все знают, и кто-нибудь обязательно приведёт вас к нему. А теперь мы вынуждена вас покинуть. Ещё раз спасибо за вашу помощь, и пусть ваш меч покарает наших врагов.
После этого двое чародеев, используя свою магию, прибавили шагу и стали быстро удаляться от меня.
Было очевидно, что я разговаривал сейчас именно с ними, именно с порождениями зеркала тьмы. Многие признаки доказывали это. Но с кем же они сражаются? Предположительно, с истинными жителями этого мира. Стало быть, мне как раз таки нужно занять сторону Лагреза и помочь таким же воителям, как я, вернуть себе свои земли. Да, рассматривая этих двоих чародеев, я видел, что они совершенно ничем не отличаются от других ленгерадов. Разве что мыслительные способности были на раннем этапе развития, словно они – маленькие дети, которые познавали все элементарные грани жизни, которые не могли провести аналогию с тем, как нож разрезает овощ, и тем, как меч разрубает плоть, чтобы понять принцип нанесения вреда мечом. Мой разум обладал слишком скудными сведениями, чтобы здраво рассудить всю эту обстановку и понять, как нужно будет поступить в данной ситуации. Что ж, не оставалось ничего, кроме как отыскать этого Лаодима и расспросить его о положении дел. Наверняка близкий друг вирана Эвелины сможет прояснить всю ситуацию, которая происходит в этом мире.
Обратившись в тень, я помчался вперёд, как мне и говорили два чародея. В пути я обогнал их, настиг первую деревню и, не останавливаясь тут, устремился вперёд, потом достиг второй, а через какое-то время ещё две, после чего оказался в городе. В отличие от деревни, он был окружён высоким частоколом, а постройки выглядели более богато. Здесь даже главная дорога была вымощена из камня. Подойдя к двум мужчинам, которые разговаривали у входа в город, я поинтересовался, не Ларбитания ли это. Они сказали, что да, я пришёл в нужное место, и продолжили разговор. Однако они из низ указал мне вслед и обратил внимание на моё оружие, сказав, что сомневался, будто бы их правительница не обманывала, когда сказала, что найдёт способ, как призвать из других миров воителей. Я остановил одну женщину и спросил, не знает ли она, где мне отыскать Лаодима, близкого друга Эвелины. Та с сожалением заявила, что не знает, где он сейчас. Так я обошёл довольно много жителей этого города, пока мне на глаза не попался один молодой человек, который явно знал, где находится тот, кто мне нужен. Я принялся интересоваться у него и выяснил, что этот человек сейчас прибил в свой дом с целью забрать кое-какие вещи, а ещё встретиться с доносчиком, который побывал во вражьем стане и теперь несёт важные сведения. Он открыл это мне по простоте душевной, однако я сказал, что он совершил глупую ошибку, ведь Лаодим доверил ему эти сведения, а он взял и растрезвонил об этом первому встречному. По всему было видно, что мужчина понял свою ошибку. А я в очередной раз удостоверился в том, что все жители этого мира – тёмные отражения, которые только недавно начали существовать тут. Мне нужно было срочно повидаться с этим Лаодимом.
Поспрашивав некоторых людей, которые встречались мне по пути, я сумел выстроить маршрут к дому помощника Эвелины, так что под вечер всё-таки добрался до него. После моего стука дверь отварилась, и на пороге показался мужчина средних лет с длинными, собранными в хвост чёрными волосами и бородкой. На себе он носил мантию зелёного цвета. Я спросил, не Лаодим ли он случайно, тот подтвердил это, а после спросил, кто я такой. В мыслях его не было никакого сумбура. Он знал, как выглядит соглядатай, которого ожидал, а потому не стал говорить ничего лишнего. Его образ более прочих был похож на самых обычных людей, не порождённых этим артефактом. Когда он узнал, что я – воин, в нём практически ничего не изменилось. Он, конечно, удивился, но не так ярко, не по-детски, как те два чародея. И всё-таки с его уст сорвалась фраза, что, оказывается, Эвелина не шутила, говоря о призыве воителей из других миров. А потому он тут же пригласил меня к себе в дом.
