- Что ж, Авлия, спасибо. Ты помогла мне разобраться, что здесь к чему. А теперь я, пожалуй, пойду по своим делам. Удачи тебе в поисках сенсаций.
Она мне ничего не сказала вслед, но лишь потому, что и не собиралась прощаться. Не нужно обладать способностью заглядывать в будущее, чтобы понять: эта молодая особа не отстанет от меня просто так. Пришелец из другого мира. Как же тут можно остаться в стороне? Но, вынужден признать, преследовала она меня достаточно умело. Будь я обычным человеком, давно бы уже разубедился в правильности своей догадки, что она пошла за мной. Но нет, она шла.
Хаалисия – просто огромный город, опутанный вечной темнотой. Здесь нет дня – лишь вечная ночь, что как раз таки и нужно тем, кто проживает тут. Улицы полны людей, но нет ни одного транспортного средства. А зачем, когда есть телепорт? Все выглядят причудливо, на головах – необычные причёски, мужчину не отличить от женщины. Но они молчат – их имплантаты позволяют разговаривать друг с другом, не открывая ртов. Однако ж город всё равно полнится привычным шумом. Его источают дома. Каждое здание – своего рода небоскрёб, который сияет всяческими цветами – тоже своего рода реклама. Искусство здесь умерло. Любуются в основном чем-то новым или порочным. Живопись заменили голограммы, музыку – что-то, отдалённо напоминающее её. Люди не живут – просто существуют. Они приходят в этот мир лишь для одного – удовлетворять свои потребности. И, чем ближе человек становится к самостоятельной жизни, тем больше у него потребностей, ведь пороки становятся неотъемлемой частью их жизни. Каждый здесь буквально утопает в грехе. Даже Авлия. Нет ни одного, кто был бы относительно праведен. Все погружены в эту скверну в равной степени. И они даже не задумываются над тем, что это всё – ничтожность. Зачем тогда они пытаются уберечь своих детей от всех этих нечестивых занятий? Уж научили бы их, как напиваться, как сквернословить, как совершать блуд, как чесать кулаки, как унижать других и прочим делам, да и всё. Но нет, когда-то в этом обществе было принято придерживаться праведности. И хоть времена эти давно канули в забвение, привычки остались.
Здесь много переулков, куда не проникает свет, где очень мало шума, источаемого городом, где свершаются все эти мерзкие дела. Обычно в городах можно встретить стражников, но здесь всё то время, пока я двигался к небоскрёбу Первосвященника, никого с оружием увидеть мне так и не довелось. Обычно в таком развращённом обществе и преступность на высоте. Однако всё было спокойно. Получается, Авлия была права – всех, кто не сумел удержаться в обычном обществе, отправляются в Зарунду на опыты. А те, кто сейчас спокойно гуляют по этому городу, и так удовлетворены своей никчёмной жизнью, от которой не осталось ничего, кроме лишь потребностей.
