В отличие от Биара, который тихо поприветствовал Уильяма, Джордан ничего не сказал, когда подошел к стеклянной табличке Луки и присел рядом с ней на корточки. Он не протянул руку, чтобы коснуться надгробия, не пришел сюда, желая увидеть голограмму, высящуюся над ним, слова, выбранные их родителями, формальные и банальные «Любимый сын, ушедший слишком рано». Вместо этого Джордан наклонился и сдул снег с круглой таблички, открывая слова, которые он выгравировал на стекле много лет назад,… слова, которые он вытатуировал на своем теле лаэторианскими чернилами, потому что они так много значили для него. Для них обоих.
НИКОГДА НЕ ПОЗВОЛЯЙ ИМ СЛОМИТЬ ТЕБЯ
Джордан скучал по своему брату каждый день и отдал бы все, чтобы повернуть время вспять и вернуть Луку в свою жизнь. Но он также был благодарен за послание, которое Лука вложил в него, за дух, который он оставил после себя, за силу, надежду и веру, которые Джордан теперь обрел в себе. Он никогда не позволит никому и ничему сломить его; он преодолеет все, с чем бы ни столкнулся, навсегда, до скончания веков.
— Спасибо, брат, — прошептал Джордан, как делал всегда, когда навещал Луку. — Счастливого Кальдораса.
Снова поднявшись и отряхнув снег с колен, Джордан намеренно избегал смотреть на могилу, расположенную сразу за могилой его брата, ту, что была окаймлена маленькими голографическими деревьями, увитыми ивами. Он знал, кому она принадлежала, конечно, знал. Но за почти три года, прошедшие с тех пор, как она появилась, Джордан всякий раз, когда навещал Луку, игнорировал ее. Так же, как и сегодня вечером.
Вместо этого Джордан вернулся туда, где его ждал Биар, теперь он стоял у могилы Уильяма, выражение его лица было меланхоличным, но в то же время умиротворенным.
— Готов? — спросил Биар, не спрашивая, где был Джордан, поскольку уже знал.
Джордан бросил последний взгляд на могилу Уильяма, прежде чем кивнуть.
— Да, я готов. Поехали домой.
И двое друзей вместе покинули кладбище, хотя, как всегда, они оставили частички себя позади.
Когда Джордан проснулся в Вудхейвене на следующее утро, его охватил ужас. Ему не давали никаких указаний, когда он уходил от миссис Гриббл накануне вечером, поэтому он встал пораньше, так как планировал добраться до дворца и…
Что ж, дальше этого его план не заходил. Но он предполагал, что кто-нибудь найдет его там и расскажет, что ему делать дальше в его стремлении доказать, что он достоин жениться на принцессе.
Учитывая ранний час, Джордан ожидал, что кухня будет пуста. Но когда он вошел в уютную комнату, кто-то стоял, прислонившись к деревянной скамье, и потягивал из кружки дымящийся кофе.
— Джира, — удивленно произнес Джордан. Он и не пытался скрыть своего веселья, когда добавил: — Сегодня опять планируем свадьбу? Ты просто жаждешь наказания, раз пришла так рано. Я думал, ты будешь тянуть время и приедешь как можно позже.
Веселые искорки в ярко-голубых глазах смотрительницы вызвали у Джордана тревожный звон в ушах, который стал только громче, когда она ответила:
— Сегодня никаких приготовлений к свадьбе. Я сказала Гэмми и Дороти, что отменю все мероприятие, если они не дадут мне несколько выходных. У меня отсрочка до окончания Кальдораса.
Джордан нахмурил брови, ища остатки ужина, которым он наелся прошлой ночью, прежде чем отправиться спать.
— Если ты здесь не из-за свадебных дел, то… — Он сделал паузу, чтобы откусить кусочек холодной пиццы, прежде чем продолжить: — Блейка здесь нет, знаешь ли. Я думал, у вас, ребята, есть общее место?
— Я здесь не из-за Блейка, Джордан. — Порочная улыбка появилась на губах Джиры. — Я здесь из-за тебя.
Джордан как раз потянулся за вторым ломтиком сырного пирога, но его рука замерла на полпути ко рту.
— Из-за меня?
Надзирательница поправила свою черную униформу и ухмыльнулась.
— Полагаю, тебе сказали, что сегодняшней темой будет «дисциплина». Угадаешь, что это значит?
Понимание поразило Джордана, как и шок, поскольку ему начало казаться, что все знают о его королевских испытаниях, и он отложил свою пиццу, пробормотав в ответ:
— Думаю, это означает, что мне следует съесть что-нибудь более существенное.
Усмехнувшись, Джира предложила:
— Может, попробуешь овсянку? Поверь мне, когда я говорю, что тебе понадобится как можно больше энергии на долгое время. — Она сделала паузу. — Тебе, наверное, также стоит сменить одежду. Выбери что-нибудь, в чем тебе будет легко передвигаться.
Джордан взглянул на свою комбинацию джинсов и куртки, затем вздохнул, воспользовавшись кухонным терминалом TCD, чтобы приготовить нормальный завтрак, прежде чем отправиться переодеваться в дышащие длинные брюки, футболку и легкую толстовку с капюшоном на молнии.
— Лучше? — спросил он Джиру, когда вернулся на кухню, протягивая руки для осмотра.
— Очень, — ответила она. — Сможешь поблагодарить меня позже.
С этим зловещим заявлением она допила свой кофе, заправила прядь темных волос за ухо и жестом пригласила его следовать за ней к выходу из дома.
