<p>Пандемия</p>Скажите, отче, ведь не даромКороновирусным кошмаромБог преподал урок.Лихое наступило время,Сто лет не знали эпидемий,И, наконец, на наше темяКоварный вирус лёг.— Да! Не достойны мы прощенья.У Бога лопнуло терпенье,Настал расплаты час.И тут бессильна медицина.За нашу алчность и гордыню,За гибель на Голгофе сынаНаказывает нас.За Нагасаки с Хиросимой,Освенцим, гетто, гильотиныСуровый суд грозит.За то, что ад создали сами,За инквизицию с кострами,За все грехи под небесамиНам послан был Ковид.За Югославию и Чили,За кровь, в которой утопилиВьетнам, Афганистан.Все люди в этом виноватыИ генералы и солдаты.За это нам грозит расплатойНеумолимый штамм.Манил нас блеск, булатной стали.Мы ратным подвигом считалиСмертоубийства грех.К чему стремятся наши руки?Нести народам боль и муки.Слышны от пуль, снарядов звукиИ Люцифера смех.Нам бог войны веками снится,Но мы на Марс хотим стремиться.А выход лишь один.Потратив звонкую монету,Построить мир добра и света.Но мы на красную планетуС надеждою глядим.А может, стоит нам, ребята,О Марсе позабыть когда-то,Свою, умерив прыть.Не тратить силы на химеры,А жить с надеждою и верой.И перед юною ВенеройКолени преклонить.Чем путь искать на космодроме,Не лучше ли в родимом домеПорядок навести.Взрываться перестанут мины,Кнуты искать не будут спины.Тогда, возможно, и вакциныПолучится найти.<p>Цена жизни</p>Стоял мудрец с ученикомНа берегу Кусида.И ждал когда придёт паром,Любуясь чудным видом.Вдруг Йог явился на причал,И всем на удивленьеПо водной глади зашагал,Гордясь своим уменьем.Вздохнув, сказал мудрец седойПотомок самураев:— О! Как прекрасен навык твой, —Улыбки не скрывая.— Прожив немало, не видалТаких чудес на свете.Как долго навык развивал?— Всю жизнь. — Факир ответил.Пришёл паромщик на причал,И речь, прервав факира,За переправу плату взял —По иене с пассажира.— Ты речку переплыть бы мог, —Сказал мудрец, — за иену.Твоей всей жизни, милый Йог,Назвал паромщик цену.<p>Реквием</p>Стучат куранты, как сердца,В них ощущается усталость,Уже недолго до конца,Сосульке плавится, осталось.Тепло любви и жар потерь,Сосульку превращают в лужу,А сохранит ее метель,Седой Мороз, и злая стужа.Быть может кто, то предпочтет,Не раздавать себя капелью,А я хочу под Новый год,Свою судьбу вручить апрелю.Не мудрено прервать полет,Сосулька жить желает тоже,Как страшно таять, в Новый год,Но теплота любви — дороже.<p>Цинизм</p>
