Впрочем, звонить родителям Миле просто не хотелось. От них ни помощи, ни внимания не добьешься — слишком заняты делением имущества, оскорблениями друг друга и прочими радостями бракоразводного процесса.
Мила покачала головой и отправилась в спальню, совмещенную с гостиной, кабинетом, да и в принципе всем, кроме кухни.
— Итак, — пробормотала она, садясь за стол. — Продолжим мучить несчастное эссе…
Мила с тоской поглядела в окно. Полгода назад она верила, что напишет увлекательную статью даже о сортах хозяйственного мыла — было бы вдохновение. Но факультет журналистики быстро приучил ее к тому, что вдохновение — гость редкий, а письменные задания — каторга регулярная.
— Творческого запала не хватает, милая Мила?
Мила обернулась. Никого. Пожав плечами, она снова потянулась за тетрадью с заметками. Впрочем, слово «тетрадь» было очень лестным названием для кипы помятых бумаг, удерживаемых вместе одной скрепкой. Иначе не получалось — тетради Мила постоянно забывала, и приходилось писать лекции на одолженных однокурсниками листках.
— Мда-а-а, выглядит неважно. Впрочем, лучше творческий беспорядок, чем обыденная упорядоченность.
Девушка насторожилась. Выждав пару секунд, она резко обернулась. Опять никого. Мила прошлась по комнате, заглянула под кресло и за шкаф. Все как обычно. Все в порядке, если не считать того, что обыденность Милу утомляла.
«У меня от тоски уже галлюцинации начались», — Мила помотала головой и вернулась к заметкам. Взяла ручку и замерла, ожидая вновь услышать незнакомый голос. Впрочем, совсем незнакомым его не назовешь: он принадлежал той странной девочке. Вот только Мила видела, как та скрылась в дверях лифта.
«А вдруг она акробатка? Залезла по стене, пробралась через окно на кухне — оно как раз открыто. В сериалах так бывает». Мила хихикнула, поражаясь собственной наивности. Отложила ручку и метнулась на кухню.
Ветер задувал через форточку, развевая занавески. Мила осмотрела подоконник, но не заметила следов проникновения. Во всяком случае, стопки журналов и героически засыхающая герань казались нетронутыми.
— Решила чайку попить? — теперь в голосе совершенно точно слышалась насмешка.
— Выходи…те, — Мила быстро достала из кухонного шкафа молоток для отбивки мяса.
— А иначе что? Сделаешь из меня отбивную? — девочка расхохоталась. «Вот ты и выдала себя», — Мила улыбнулась и повернулась на звук, замахиваясь молоточком.
— Эй, а если б ты меня задела?! — возмутилась невидимая девочка.
«Мимо. Но я была уверена, что она здесь». Мила провела рукой по воздуху. Действительно пустота.
— Тебе бы нервы подлечить, — буркнул голос.
— Да где ж ты прячешься, — пробормотала Мила. Выставив вперед почти не используемое орудие готовки, она медленно двинулась к столу.
— А это фокус!
Девочка нарисовалась у окна. Именно нарисовалась — словно кто-то провел разноцветной кистью. Девочка стояла спокойно, смотрела насмешливо. Даже то, что к ней медленно приближалась Мила с молоточком наготове, ее не смущало.
— Вот так меня видно, — театральным жестом девочка обвела вокруг себя рукой. Мила только хмыкнула и сделала еще шаг вперед.
— А вот так не видно.
Очертания девочки резко поблекли, а через мгновение она окончательно исчезла.
Мила остановилась. Молоточек она по-прежнему крепко сжимала в руках, но уже подумывала вооружиться чем-нибудь более тяжелым. Открывая верхнюю дверцу шкафа, Мила заметила, как подрагивают пальцы.
«А я думала, мне не страшно», — она закусила губу. На кухне, кроме нее, будто никого и не было. Единственный едва слышимый звук — шум автомобильного двигателя на улице. Но и он быстро затих.
«Где ты? — Мила огляделась. — Что ты?»
— Меня видно, — вновь заговорило существо, которое просто не могло быть обычной девочкой, появляясь позади Милы.
— Меня не видно, — она…оно снова исчезло. — Меня видно.
«Да что б тебя», — подумала Мила, в очередной раз не успевая ударить странное существо.
— Ты не слишком-то стараешься, — оно усмехнулось и пропало. — Не видно.
Воздух возле холодильника пошел рябью.
— А теперь видно… Агх, химера! Так ведь и зашибить можно! — воскликнуло существо, чудом избегая удара Милы. Впрочем, девушка не собиралась сдаваться и замахнулась повторно.
Существо уклонилось, извернулось, вырвало молоток из рук Милы и бросило в дверной проем. «Хорошо, что не в окно», — пронеслось в голове у девушки. Не успела она сделать хоть что-нибудь, как странное создание усадило ее на стул.
— Успокойся. Дыши, — говорило оно, заглядывая Миле в глаза. Девушка хотела вырваться, но не могла. Девочка держала с силой взрослого человека. Кажется, даже не женского пола.
— Милая Мила, пожалуйста, прекрати, — существо тяжело вздохнуло. — Может, я тебя отпущу, и мы спокойно поговорим? Если перемещу тебя в таком состоянии, Рирха с Дереком с меня три шкуры сдерут. Я их замучаюсь потом отращивать.
— У тебя три шкуры?! — Мила совершила отчаянный рывок назад, но даже табуретку не опрокинула — настолько крепкой была хватка у схватившего ее создания.
— Язык мой — враг мой, — оно поджало губы. — Что ж, придется перемещаться без объяснений.
