— За Нерею не волнуйся, — находясь в форме доспеха, Охотник усмехнулся. — Никогда не видел настолько одержимого любовью идиота. Довлатов ради неё всех врагов на лоскуты порвёт… Потом залечит до смерти и сдаст их Нерее, чтобы та из милосердия добила.
Чем дольше говорил Каладрис, тем довольнее становилась улыбка у Аталанты. С большим трудом она произнесла:
— Зять… У меня… Огонь… Ещё чуть-чуть… И начну завидовать Нерее…
Шаг за шагом Каладрис рассказал о придуманном им с Довлатовым плане. Согласно задумке, надо будет разом перенести все материки Земли в мир Солэнберг и уже там силами других ишвар [9] нейтрализовать эссенцию времени Хроноса. Для этого нужен как минимум Дуротан. Его антимагия и Пустота у Каладриса идеально для этого подходят.
— Подскажешь, где найти великого вождя? — спросил наконец Охотник. — Твоё местоположение мне удалось узнать. А вот то, где воевал «Недвижимый», шпионы Олимпа тщательно скрывали все эти годы. Что-то там такое случилось, что инцидент находится под грифом «секретно».
— Высадка… В Нормандии, — произнесла Силла спустя аж пять минут. — Север Французского… Короната… Великий вождь там бился… с войсками Посейдона… Убил всю его свиту… Обратил его самого в бегство.
Подумав несколько секунд, Аталанта вдруг нахмурилась.
— Дуротан сражался… Даже когда время начало останавливаться… Антимагия защищала… Перенапрягся… Тело стало подводить… Остановился.
— Всё понял, — Каладрис нахмурился, услышав новости. — Жив, и ладно. Довлатов подлатает. Ещё мне нужен Гуладор от орков и Вудро Маршал по прозвищу «Скала». Твой зять хочет из них сделать… кхм… твоих будущих апостолов [9]. А тебя саму полубогом [10]. Не знаешь, где мне их найти?
— Там же, — произнесла Силла с большим трудом. — В Нормандии идёт сложный бой… Точнее, шёл… Заканчивай болтать, Каладрис… У меня голова раскалывается от перегрузки…
Охотник понимающе кивнул.
— Помощь близко, Аталанта. Для тебя пройдут секунды, прежде чем мы вновь увидимся.
…
Путь до Дуротана занял два дня. В мире, где время остановилось, каждый шаг давался с большим трудом.
Каладрису пришлось выйти за пределы ловушки Хроноса, сделать практически полукруг вдоль её границы и снова забраться внутрь. Так Охотник очутился аккурат у границ Французского Короната. Здесь же и находился северный фронт, на котором Дуротан сражался с войсками Посейдона.
Великий вождь орков в гордом одиночестве сидел посреди огроменного пустыря, оставленного его собственной атакой. По дороге к нему Каладрис увидел десятки тысяч минотавров, змеехвостых медуз-горгон и элитных легионеров Олимпа. Одним из них Дуротан снёс головы, другим — пробил сердца, третьим — размозжил череп.
Когда Каладирс нашёл Дуротана, тот сидел на оплавленном булыжнике, походившем на дикарский трон. Рядом стояли сломанные топоры, дубины и мечи. Видя эту картину, Охотник с уважением произнёс:
— Даже когда время остановилось, ты продолжал сражаться.
Как и сказала Аталанта, Дуротан использовал антимагию для временной защиты, продолжая воевать. Каладрис поднял с земли сломанный топор.
— Убивал врагов Земли, пока силы не покинули тебя… Выбор, достойный титула великого вождя орков.
Каладрис понял и другое. К концу войны Дуротану ещё хватало сил покинуть мир Земли, где время остановилось. Однако вождь предпочёл остаться здесь — на земле, которую защищали его воины. В каком-то смысле «Недвижимый» остался один на один с врагом, но не опустил руки… Наоборот, Дуротан яростно сражался до тех пор, пока тело не начало саморазрушаться. Началось отравление эссенцией антимагии.
— Твоя война далека от завершения, великий вождь, — вытянув перед собой руку, Каладрис создал кокон Пустоты, включив в него себя и Дуротана. — Далеко-далеко есть место, которое скоро станет новым домом для тебя и твоих орков.
— Чв-и-и, — орк с трудом поднял голову, смотря на живой доспех. — А ты ещё кто, консерва?
— Не узнал? Каладрис «Сорокаликий». Мы с тобой целую вечность не виделись, — Охотник усмехнулся. — Довлатов попросил вытащить тебя и Гуладора из ловушки.
— Значит, та встреча с ним мне не приснилась, — Дуротан задумчиво потёр пальцем висок. — Довлатов ещё что-то про Юджеха говорил.
Каладрис протянул вторую руку, помогая вождю подняться с его импровизированного трона. Сражение в Нормандии здорово потрепало орка. Источник антимагии в груди у него гудел так, будто вот-вот взорвётся.
Вождь, оглядевшись, махнул рукой на север.
— Гуладор там… У побережья-чви. Примерно сорок километров. Я его нашёл, когда сил уже практически не осталось.
Разобравшись с направлением, Каладрис с Дуротаном за несколько часов добрались до побережья. Можно было бы и быстрее, но у великого вождя и так сил практически не осталось. С каждой минутой орк двигался всё медленнее. Отравление эссенцией стремительно прогрессировало.
Нагрузка на Каладриса также возросла из-за постоянно поддерживаемого кокона Пустоты. Живой доспех начал аж дымиться от нагрузки.
