— Второй ТАКОЙ штраф от Древних мне не нужен! А взятку точно кому-то попытаются всучить… Вижу, вы трудоголик? Пациентов принимали без выходных. Время перерывов минимально. Ни одной жалобы также не было.
Ага, как же. От трудоголика слышу! По глазам ведь вижу, что мы с Падшим из одного теста сделаны.
— Стараюсь, — с подозрением смотрю на гостя. — Или жалобы всё же были, но вы решили от греха подальше их замять?
Взгляд Люцифера дёрнулся… Были! Ей-богу, были. Видимо, та самая пациентКА жалобу накатала. А может, другие дамочки пожаловались, что я их такими красивыми не сделал.
— … Дабы месяц не прошёл для вас впустую, — произнёс Падший, уходя от вопроса, — походатайствую о том, чтобы хранитель девятого этажа Стены принял вас досрочно. За сим я с вами попрощаюсь, адепт Довлатов… Удачи на этаже бога Рандома [10].
В прошлой жизни, ещё до того, как пробудиться и стать целителем, у меня были весьма сложные отношения с семьёй. Предки недолюбливали меня, так как я не оправдал их ожидания и не пробуждался. Анализы крови говорили о том же — шансы нулевые.
Так, в четырнадцать лет я ушёл из дома родителей. Заодно разорвал свой паспорт дворянина и швырнул в лицо отцу. С тех пор мы толком не общались. Примерно тогда же у меня был крайне неудачный опыт общения с церковью.
Четыре года спустя мне стукнуло восемнадцать, и меня нашёл мой дед Геннадий «Язва». Именно он помог пройти через принудительную инициацию и стать целителем. Так и появился на свет тот Михаил Довлатов, которого теперь знает вся Земля.
Я это к чему… Для меня ещё с тех времён Люцифер был кем-то вроде «непонятного героя».
Он единственный, кому хватило смелости пойти против мнения Святых Небес. Нелюбимое дитя, отверженный, потерявший связь со святой силой… В общем, мы чем-то похожи. И вот спустя годы я вживую встречаю кумира своего детства.
— … Адепт Довлатов. Я ходатайствую о том, чтобы хранитель девятого этажа принял вас досрочно. За сим прощаюсь… Удачи вам на этаже полубога Рандома [10].
— Подождите, — я ненароком повысил голос. — Рандом [10] тоже подождёт. Я сам себе не прощу, если не приглашу вас к нам с друзьями выпить. Вы, конечно, ответите, что заняты. И вообще, у вас один выходной в году, во время которого вы никого не хотите видеть… Я такой же. Каждый день простоя это упущенная возможность.
— Тогда вы уже знаете мой ответ.
На покер-фейсе Люцифера появилась едва уловимая улыбка. Какая там Джоконда! Вот с кого Да Винчи надо было рисовать портрет. Уголки губ шевельнулись на полмиллиметра.
— Нет, — произнёс я с нажимом. — Говорю же, я вас понимаю, Люцифер. Вы откажетесь, если вам такое сразу предложить. У меня есть знакомый великий дух-ишвар [9], делающий крафтовое спиртное для Высших. Он же у нас главный по кальянам. На вечеринке будут хранители ещё двух этажей и несколько ишвар [9] из числа моих друзей. Габриэль обычно с нами отдыхает. Никаких посторонних личностей. Все свои. Закрытый клуб, если угодно. Встречи обычно проходят в Здравнице, на острове-вилле. Нейтральная для всех территория.
Вижу, как уголки губ Люцифера поднялись ещё на полмиллиметра. Покер-фейс трещит по швам. Падший колеблется… Надо дожимать!
— Вы сейчас снова скажете нет, — с видом гуру киваю полубогу [10]. — Скажете, что «я подумаю». Говорю же! Я вас понимаю. Деньги для поддержания экономики Стальных Небес сами себя не заработают. А на вас ответственность за паству, за контракты с другими этажами.
— И? — бровь Падшего удивлённо изогнулась. — Что именно вы предлагаете?
— Сделку, — отвечаю с важным видом. — С вашей совестью, а не с вами, Люцифер. Три дня я поработаю высшим целителем для Стальных Небес. Важные заключённые, любовница, внебрачные дети или найденный котёнок. Мне всё равно, кого лечить. А вы, возмо-о-о-ожно, всё же выпьете с моими друзьями. Как видите, я оставляю вам лазейку для отказа.
Уголки губ Люцифера поднялись ещё на миллиметр.
— Неделю! — произносит он.
— Четыре дня.
— Пять дней, — хозяин Стальных Небес уже откровенно улыбается.
— Договорились, — улыбаясь, протягиваю руку Падшему. Когда тот отвечает на рукопожатие, я добавляю. — Предложи вы десять дней, я бы всё равно согласился.
Люцифер довольно хмыкнул.
— Настаивай вы на трёх, Довлатов, я бы тоже согласился. Так что победа в этом раунде за мной… Я уважаю лишь тех, кто не сдаётся. В этом мы с вами и впрямь похожи.
Так и началась моя реальная целительская практика в мире Стальных Небес.
…
Люцифер оказался совсем не таким, каким его представляли в книгах на Земле. Не злым, не эгоистом, не воплощением всего плохого. Чем-то он походил на Йог-Сотота.
