– Ты опять обманулся, брат! – крикнула девушка. – Ты принял меня за нее так же, как тогда, на рассвете, в саду.
Друзилла! Гай застонал и рванул золотую цепь, подаренную Вителлием. Будто ее тяжесть так сдавила грудь. Лопнули массивные звенья, и глухой звон разорвал тишину, сковавшую всех присутствующих.
Энния кинулась к нему, чтобы обнять, но он грубо оттолкнул ее, и она упала на ложе Макрона.
– Прочь поди, – хрипло молвил Гай. – Ты не заменишь ее.
И вышел, не прибавив ни слова. Гости молчали, глядя ему в спину, лишь один Силан невидящим взором продолжал смотреть на тонкую фигурку танцовщицы. А Макрон шепнул потрясенной и униженной Эннии:
– Поехали домой. Кончилась твоя жизнь императрицы.
Она зарыдала, не стесняясь соседей, и склонилась пред ним на колени.
Виниций тем временем взял на себя обязанности распорядителя, и пиршество возобновилось. Поначалу вялое, веселье наконец потекло рекой, музыка стала громче, выкрики смелей, а танцы актеров непристойней. Незамеченными ушли Макрон с Эннией и Марк Юний Силан.
