Сидеть было удобно. Прозрачный футляр давал широкий кругозор. Борта машины едва достигали до пояса пассажиров, и они могли видеть кругом и внизу без всякого усилия. Почти полное отсутствие чувства тяжести нельзя было приписать одному только действию облегающего сиденья, было ясно, что вес действительно ослаблен, и это доказывало, что олити держится в воздухе силой антигравитации. Двигатель для поступательного движения безусловно существовал, но его нигде нельзя было заметить.
– Сколько времени надо, чтобы научиться управлять олити? – спросил Синяев.
– Нисколько, – ответила Бьесьи. – Садитесь на мое место и ведите машину.
– Если так, то почему же Синьг и его товарищи, летавшие на Землю, попросили изготовить для них олити старой конструкции?
Бьесьи пожала плечами.
– Спросите об этом их самих. Желание странное и малопонятное.
Широков посмотрел на Синьга, сидевшего с ним рядом во втором ряду кресел, и ему показалось, что при словах Бьесьи врач звездолета смутился. Синьг даже отвернулся, делая вид, что рассматривает что-то внизу.
«Любопытный психологический штрих, – подумал Широков. – Самое интересное, что этот своеобразный консерватизм проявился не у одного Синьга, а у всех двенадцати звездоплавателей».
Синяев также заметил смущение их старого друга и промолчал.
– Олити на острове, – сказал он, обращаясь к Бьесьи, – не имела такой педали.
– Вероятно, она принадлежала к типу автоматических, как, например, грузовые олити, которые также летают без людей по определенному маршруту. А эти предназначены для свободного полета. Так что же, сядете на мое место?
– Боюсь, – ответил Синяев. – Под моим управлением мы рискуем врезаться в землю.
– Этого не может случиться. Олити никогда не упадет.
– Сама по себе не упадет, это ясно, но если я направлю ее вниз на полной скорости?
– Она вам не подчинится. Можете ничего не опасаться. Управление чрезвычайно просто. Движение ноги вперед, назад, в стороны, вниз или вверх
– вот и вся техника управления. Маневры совершаются автоматически, без участия водителя. Только не нажимайте слишком резко вперед или назад. Получится неприятный толчок.
– Ну что ж, – решился Синяев, – попробуем. Они поменялись местами.
– Это действительно совсем просто, – сказал Синяев через минуту. – Движения, которые надо производить, настолько естественны, что ошибиться невозможно. Хочешь попробовать, Петя?
– В другой раз, – ответил Широков. – Смотри внимательней!
Сверху было хорошо видно, что Атилли имеет только одну, бесконечно длинную улицу, идущую вдоль берега океана. Все дома находились между нею и берегом. По другую сторону тянулись какие-то очень длинные, по три-четыре километра, низкие здания без окон.
– Это заводы, – объяснил Гесьянь.
На улице было много пешеходов. В этом не было ничего удивительного, – человеку полезно ходить пешком, и не могли же каллистяне все время летать.
Видя огромное количество воздушных машин – олити всех размеров и разных других, – мелькавших во всех направлениях, Широков сначала опасался, что под управлением Синяева они с кем-нибудь столкнутся, но потом успокоился. Движение над городом, казалось, подчинялось невидимому регулировщику. Машины летели на разной высоте, в зависимости от направления и скорости. Подчиняясь указаниям Бьесьи, Синяев не нарушал порядка. Воздух был словно разделен на зоны. Выше всех летели большие машины непонятной конструкции и как будто без людей, ниже была зона олити. Еще ниже, над самыми домами и деревьями, часто виднелись каллистяне на крыльях.
Широков вспомнил громадные воздушные корабли, похожие на дирижабли, которые он видел в книгах каллистян еще на Земле, и спросил, почему их не видно.
– Они вышли из употребления, – ответил Гесьянь. – Конструкторы все время работают над новыми моделями машин и сразу заменяют устаревшие.
Примерно через полчаса полета Синяев объявил, что, по его мнению, достаточно.
– Город надо осмотреть не сверху, а снизу, с земли. Где дом Диегоня?
– Мы его давно пролетели.
– Повернем назад?
– Здесь нельзя поворачивать, – сказала Бьесьи. – Надо пролететь немного дальше.
– Рядом же никого нет.
– Все равно. Какая-нибудь олити может взлететь как раз в этом месте. Существуют специальные места для поворотов.
Вскоре внизу, на самой середине улицы, показался высокий столб зеленого цвета. Такие столбы попадались и раньше.
– Вот здесь вы можете повернуть.
Синяев слегка повернул носок ноги влево. Олити послушно совершила широкий полукруг.
Машины, летевшие за ними и не собиравшиеся поворачивать, подлетая к столбу, опускались или поднимались, освобождая место.
– Ни одна олити здесь не взлетит, – сказала Бьесьи. – Я забыла вас предупредить, но вы правильно сделали поворот, налево.
– А если все-таки взлетит? – Синяев улыбнулся. – Какое наказание полагается за нарушение правил?
– Я не слышала, чтобы такой случай когда-нибудь произошел.
– Ну а все-таки? Если кто-нибудь нарушит правила?
– Я думаю, -спокойно сказал Гесьянь, – что такого случая произойти не может. А если произойдет, то человека, виновного в нем, обследуют врачи, так как он, несомненно, окажется болен.
