Собственно, на утро так и произошло, когда мы с Аэлирном отправились разбираться с порталом. Если мы кого и встречали на пути, а меня замечали, то взгляды сразу начинали перебегать куда-то в пол, на мелкие детали своих рук, но хуже всего был запах их страха, их недоверия, и я не знал, как сделать так, чтобы оправдать себя перед ними. Не было такого заклинания и никогда не будет, что сможет наладить отношения с окружающими, а стирать кому-либо память я не собирался. И надеялся, что, как только эта война закончится, об этом инциденте забудут, в том числе и я сам, потому как собственные угрызения совести несколько мешали мне жить. И особенно тяжко стало, когда в лаборатории, у основания портала, я встретил Лаирендила. Шея и плечо рыжего эльфа были перевязаны, но он, в отличие от многих моих подданных, посмотрел на меня без страха и даже улыбнулся, поинтересовался о моём самочувствии. Один из камней, составляющих гору на моих плечах, исчез, и я даже смог улыбнуться ему в ответ, хотя жест всё равно вышел виноватым. Впрочем, маги меня встретили на удивление радостно и даже с поздравлениями: из их бурных речей я смог понять лишь то, что прежде идеи зачаровать не клинок, но металл, из которого он будет сделан, никому в голову не приходила, и теперь специально обученные для этого маги возьмут это на вооружение. Хоть это и было приятно, я понимал, что, скорее всего, у них просто не выпадет шанс попрактиковаться, хотя бы потому, что каждый хозяин желает видеть в своём мече индивидуальные черты, ему нужно нечто особенное, созданное специально для него. И за этими размышлениями, я добрался до основания портала.
Теперь оно и вовсе казалось мне произведением искусства, к которому страшно не то что прикоснуться, а приблизиться, потому что своим неосторожным и несовершенным присутствием в любой момент можешь разрушить прекрасную гармонию. Руны теперь покрывали его повсюду, сияли ослепительно и ровно, плавно, и меня успокаивало то, что над этим работали опытные маги, однако же, мы собирались делать совершенно невообразимую и новую вещь. И как это скажется на нас, я не имел ни малейшего понятия.
– Пусть отсюда уйдут все, кто не будет принимать участия в создания портала, а желательно – пусть вообще выйдут из замка и подождут там. Нужно несколько магов, чтобы оградили Лаирендила и себя – они будут настраивать активатор. – Начал раздавать распоряжения я, попутно проверяя, на местах ли энергетические кольца, ища взглядом Аэлирна. Мужчина совершенно зачаровано глядел на портал, но я знал, что он готов. – Сайрус? Где, чёрт побери, этот ворчливый старикан? Дайте мне его сюда. – Это было выполнено в течение нескольких секунд, и я отвёл мага подальше, заговорил тише. – Скажите им, чтобы внимательно следили за тем, что делаем мы с Аэлирном. Те, кто лучше чувствуют магические потоки, пусть следует сразу за нами, но не рвутся вперёд и не занимаются самодеятельностью. А так же, пусть поддерживают тех, что послабее: нас ждёт очень непростая работа. Полагаю, что кто-нибудь посреди процесса выдохнется, а потому пусть здесь поставят вино. По возможности мы с Аэлирном будем их подпитывать, но на многое пусть не рассчитывают. И главное – не используют слишком много сил.
Сайрус с готовностью кивнул и кинулся отдавать последние распоряжения, я же скользнул к Аэлирну и осторожно взял его за руку, пытаясь убедить себя, что всё будет в порядке, что у нас всё получится, и Павший сжал мои пальцы в ответ.
– Здесь нет никаких магических формул и определённых пасов. Это искусство было давно утеряно и не воскрешалось, а оттого наша задача становится лишь сложнее. – Когда, наконец, все подготовки были завершены и все заняли свои места, начал я, обводя взглядом напряжённые лица магов. – Я не знаю, сколько у нас уйдёт на это времени, но подозреваю, что много, а потому прошу вас… нет, я приказываю: тщательно рассчитывайте свои силы, не используйте больше, чем можете. Если чувствуете, что сил не осталось – отходите и восстанавливайтесь. Если кто ещё сомневается, то сейчас самое время уйти, потому как может случиться, что мы все умрём, если портал выйдет из-под контроля. Но я сделаю всё, что в моих силах, чтобы этого не допустить. Ох, Куарт, помоги нам.
Последнее я произнёс скорее себе под нос, а затем, понимая, что иного шанса может и не быть вовсе, обернулся к Аэлирну и позволил себе поцеловать его у всех на глазах, но не затягивая в долгий поцелуй. Мне хватило короткого мгновения, чтобы передать ему этим прикосновением всю свою любовь. Безусловно, упаднические настроения были нам ни к чему, но сдержать себя было, несмотря ни на что, весьма и весьма трудно. Однако меня заставил улыбнуться румянец на щеках более молодых чародеев, которые не привыкли видеть близость двух мужчин. А это ведь всего лишь один короткий поцелуй – не то, что мы с Аэлирном любили вытворять наедине, подальше от любопытных взглядов.
