– По крайней мере, я не полностью бесполезен, – с облегчением произнес он. – В моем теперешнем состоянии это чудесно. Сейчас попробуем что-нибудь еще. Я хочу, чтобы вы представили, будто я не Тавис, а кто-то другой, скажем, Рис, и я пытаюсь усыпить вас. Теперь используйте свое воображение и остановите меня.
– Хорошо.
Тавис снова потянулся рукой ко лбу мальчика, встречая каменный взгляд, хотя еще мгновение назад он был теплым. Джаван напрягся, представляя даже, что видит лицо Риса, а не Тависа.
Теперь от утешительного прикосновения не осталось ничего – только тяжелый взгляд серых глаз, устремленных в бледно-голубые. Тавис не мог выдержать слишком долго, но и краткого соприкосновения было достаточно, чтобы узнать нужное ему. Со вздохом он опустил руку на грудь.
– Мои поздравления, у вас есть защиты, хотя я не могу сказать, откуда они взялись, никогда прежде я не видел человека с защитами. Когда я пытался читать по вашему мозгу, что вы чувствовали?
Джаван покачал головой.
– Ничего. Ты же сказал не пускать тебя.
– И вы ничего не чувствовали?
– Да нет же. А что, должен был?
– Если бы я знал, – прошептал Тавис. – Для начала, у вас не должно быть защит. Но они есть, и я не имею ни малейшего представления, должны ли вы замечать давление на них. Если бы вы были дерини, я бы смог ответить на некоторые вопросы. Но вы не дерини. Если бы я только знал, кто вы такой.
Ошеломленный, Джаван проглотил слюну и снова схватил Тависа за руку.
– Со мной.., со мной что-то не так? – спросил он очень тихо.
Тавис приподнялся, удивленно глядя на Джавана.
– Не так? Нет, не думаю. По правде говоря, если Рис действительно что-то со мной сделал, вы поможете мне выяснить это. Не сейчас, конечно. Но, в любом случае, он не может заставить вас сделать то, чего вы не хотите.
– И тебя тоже, – злобно прошептал Джаван. – О, Тавис, он боится, что тебе будет трудно свыкнуться с тем, что случилось, поэтому он приведет других Целителей.
– Других Целителей, – прошептал Тавис. Джаван кивнул.
– Да. Двух отцов – отца Эмриса и отца Кверона, так, по-моему, он сказал.
Тавис присвистнул.
– Эмрис и Кверон? Такие могущественные Целители ради меня. Некоторое время Эмрис был моим учителем, а о Квероне я слышал.
Он замолчал, глядя в потолок, пока Джаван, которому надоела пауза, не дернул его за руку, которую все еще держал.
– Тавис, а что если они заодно с Рисом? Не для того, чтобы помочь тебе, а сделать то же, что Рис той ночью. После короткой заминки Тавис ответил:
– В таком случае, мы приходим к заключению, что мне больше не нужны Целители, не так ли? – сказал он. – Вы хотите мне помочь?
– А я смогу, имея защиты?.
– Именно потому, что у вас есть эти защиты, мой принц, – прошептал Тавис. – Предупреждаю, от этого вы очень устанете, но мне действительно необходима ваша энергия. Я не причиню вам зла. Я бы никогда этого не сделал.
– Я верю тебе, Тавис, – ответил мальчик. – Мне всё равно, что ты дерини. Ты совсем другой.
– Надеюсь на это, мой принц, – пробормотал он. – Я надеюсь.
Подняв голову, он огляделся, снова откинулся на подушку и отпустил руку мальчика.
– Пододвиньте стул ближе, чтобы было удобнее. Мальчик подчинился, придвинув стул вплотную к кровати. Он принес одеяло и постелил на стул, а сам завернулся во второе, чтобы спастись от холода комнаты.
– Вот так, – пробормотал Тавис, попросив мальчика положить голову на край постели. – Опуститесь еще немного, чтобы я смог коснуться вашей головы. А теперь дайте вашу руку и устройтесь поудобнее. Вам ничто не должно мешать.
Джаван примостился, заткнув одеялом щель между стулом и кроватью. Заняв наконец удобную позицию, он взял руку Целителя и прижал ее к щеке.
– Прекрасно, – прошептал Тавис, теперь его голос был почти не слышен. – А теперь откройтесь мне, как будто я собираюсь вас исцелять. Я попытаюсь забрать у вас энергию, как вы обычно забирали ее у меня. У вас в голове должно появиться чувство легкого давления, точно что-то проходит через все тело и выходит через голову, но бояться нечего, я начну, когда вы почти заснете. Вот так. Позвольте мне вести нас обоих. Усните, вы в безопасности.
Голос Тависа замер, и Джаван почувствовал, как прикосновение Целителя постепенно овладевает его телом. Он привычно ощутил приближение дремотного состояния. Почувствовал, как энергия теплой волной всколыхнулась и забилась под черепом, и это вовсе не было неприятно.
В полусне в его сознании задвигались странные картины:
он стоит в мрачной комнате, окруженный людьми, которые должны быть знакомыми, но он не узнает их. Тут и его отец, он подносит загадочно поблескивающую чашу к его губам. А потом все перемешалось, точно в калейдоскопе, – свет, звуки, ощущение вращения, но от этого не было страшно, просто очень непонятно.
Рука Тависа успокоительно потрепала его по щеке, и он вцепился в нее покрепче. А потом все пропало, Джаван заснул по-настоящему, и когда он проснется, то ничего не вспомнит.
