Теперь и киилль, и комната Совета были доступны только через Портал. Существование этих сооружений было открыто чисто случайно. О нем вскользь упоминалось в одном из манускриптов, которыми Эвайн по-прежнему занималась в свободное время. После этого прошло немало времени, прежде чем удалось разыскать описанный Портал и рискнуть воспользоваться им.
В конце концов они все-таки решились. Открытие частично завершенной комнаты Совета и киилля давало тайное место встреч и святилище для совершения ритуальных обрядов. Здесь единомышленники Камбера были в безопасности.
Массивные тяжелые стены киилля образовывали круг вместо восьмиугольника комнаты Совета. Двенадцать грубо обтесанных каменных колонн располагались по всей окружности, пространства между ними хватало, чтобы мог пройти человек. Единственная бронзовая дверь с северной стороны открывалась как раз в такой промежуток. Четыре бронзовые подставки поддерживали факелы, разгонявшие дымный мрак четырех секторов комнаты и отбрасывавшие дрожащие тени на колонны и стены. Пожалуй, единственной завершенной частью комнаты был потолок, отделанный геометрическими фигурами из серо-голубого камня, слабо поблескивавшими в свете факелов.
В центре помещался серо-черный помост из известняка, первая из семи ступеней которого начиналась в пяди от тяжелой громады колонн. Точно посередине помоста лежала глыба белого мрамора с плоскими гранями, почти кубической формы. Вокруг этого монолита стояли на коленях Эвайн, Рис и Дэвин, выглядевший очень напряженным. Эти трое в последний раз прикасались к тому, что они знали как Главного хранителя. Теперь все его составляющие были у края помоста, требовался только толчок.
Остальные ждали, стоя между колоннами, Джеффрэй и Грегори – в восточном и южном секторе, Камбер и Йорам – около двери на севере (однако Йорам все еще не мог смириться с тем, что должно было произойти).. Когда трое на помосте стали расставлять компоненты Главного хранителя по местам, дверь распахнулась, чтобы пропустить Джебедия и юношу со значком королевской охраны Гвинедда, шагающего словно во сне. Джебедия закрыл за собой дверь, повернулся к Камберу и Йораму, держа руку в перчатке на плече своего спутника.
– Ты же знаешь, Йорам, что это необходимо, – сказал он.
– Так утверждаете вы.
– Но ты не веришь?
Йорам пожал плечами.
– Просто мне кажется, что мы снова ввязываемся в обман.
– Однако с прежними ты смирился, – пробормотал Камбер.
– Те были совсем другим.
– Как понять другим?
– Это просто случалось. И в том не было преднамеренности. А это жестоко. Ваша жертва ничего не может возразить. А раньше участие было сознательным решением.
Камбер задумчиво кивнул.
– Правда, но Кринан и Вульфер согласились помогать нам. Эвайн сама выбрала свое занятие. А с Алистером это не имеет никакого значения, – Он посмотрел на Эйдиярда, его невидящие глаза и квелое лицо, потом снова перевел взгляд на Йорама.
– Но этого юношу не спрашивали. Это беспокоит тебя?
– Да.
– То, что мы делаем, не причинит ему вреда. Мы просто изолируем его. Это будет очень почетное заключение.
– Вся его жизнь пойдет прахом, особенно в случае неудачи, – возразил Йорам. – Даже если мы изменим решение и отзовем Дэвина прежде, чем что-то случится, военная карьера этого человека рухнет. Вам ни за что не удастся выполнить обратный размен так, чтобы он вернулся на прежнее место.
– Не удастся, – согласился Джебедия. – Но мы можем поставить его на другое место. А даже если и нет, что ж, солдаты не всегда занимаются своим прямым делом. Так будет и с ним.
– Ему не предоставляли право выбора, – сказал Йорам.
– Нет, не предоставляли. Но так нужно.
Йорам ничего не сказал в ответ, а просто скрестил руки на груди и безо всякого интереса проводил глазами Джебедия. Тот поднялся вместе с Эйдиярдом на семь ступеней помоста и передал контроль над ним Эвайн. Потом Джебедия вернулся, чтобы присоединиться к Камберу и Йораму, Рис на помосте поднял руки и произнес слова, вызвавшие к жизни Главного хранителя.
«Primus, Secundus, Tertius, et Quartus, fiat lux!»
По всему периметру помоста засверкали искры, превращавшиеся в бело-голубой свет звезды в пространстве, обозначенном четырьмя кубами – составляющими Главного хранителя. Эвайн слегка коснулась висков Эйдиярда и погрузила его в еще более глубокий транс. Через несколько секунд он закачался и упал бы, если бы Рис не поддержал его. Эвайн опустила руки и посмотрела на Дэвина, который до этого времени наблюдал за происходящим в напряженном молчании.
– Он ничего не узнает. А теперь поменяйся с ним одеждой.
Под серо-стальной верхней одеждой, которую Дэвин снял, на нем оказались простая туника и штаны, которые обычно носят солдаты. Они с Рисом стали молча снимать с Эйдиярда его боевые доспехи, тишину комнаты нарушало только тихое позвякивание скрепленных кожей латных пластинок и пряжек. Когда стражник остался в той же одежде, что и Дэвин, Дэвин облачился в доспехи Эйдиярда.
