— Прохор, где колдун? Он только что был здесь!
Не дождавшись ответа от глупо улыбающегося воспитателя, Алексей лёгко вскочил на ноги и начал озираться по сторонам, глаза его при этом были закрыты…
Пробуждение было резким — раз, и я уже чувствую своё тело. С головой было всё не так просто — сознание прояснялось постепенно, не желая привязываться к реальности, да ещё и на заднее фоне Голос издевательски хохотал и повторял — «Не болей, царевич! Не болей!». Наконец, эти слова затихли, также исчезла иллюзия чужого присутствия, и я смог открыть глаза, перед которыми промелькнули последние пятнадцать минут операции «волкодавов» — от команды Орлова на захват «Плакучей ивы», приказа Прохора убить колдуна и до моей с ним «встречи» со звучащим отовсюду Голосом. Тем неожиданней стало узнавание лица воспитателя, склонившегося надо мной, и того факта, что я лежу.
— Прохор, где колдун? Он только что был здесь! — напрягся я, а Прохор молчал, глядя на меня, и в ответ только улыбался.
Помня состояние своего воспитателя, на ум приходило только одно — мы попали в засаду, а колдун с его Голосом продолжает над нами издеваться! Вскочив, я перешёл на темп, и приступил к очередному поиску врага. Что за ерунда? На меня обрушился буквально шквал эмоций от большого количества присутствующих рядом людей — страх, раздражение, напряжение, усталость, скука, ожидание, возмущение, злорадство… Положительных эмоций не было практически совсем! Сосредоточившись, я попытался отстроиться от всего этого негатива. И через какой-то промежуток времени мне это всё же удалось, что позволило продолжить поиск… Светящейся фигуры и образа колдуна в пределах пары кварталов, на грани чувствительности, я так и не почуял… Зато пришло понимание очевидного факта — мои возможности резко возросли, как на уровне чувствительности людей, так и расстояния поиска. Да и эта нездоровая бодрость и лёгкость перехода на темп… А ведь колдуна я догонял на морально-волевых… И вообще, как я оказался на стоянке ресторана? И откуда здесь столько вооруженного народа?
— Я тебя притащил. — ответил Прохор, стоявший рядом. Видимо последние вопросы я задавал вслух. — Ты без сознания на тротуаре в Тихом переулке валялся. Догнал… колдуна?
— Догнал… — скрипнул я зубами. — Но ничего сделать не успел… Дальше ничего не помню, кроме его слов. Он тебе…
— Стоп! — резко приобнял меня воспитатель. — Не при жандармах… Как себя чувствуешь?
— Нормально. Даже странно, что так хорошо. Особенно по сравнению с тем, как чувствовал себя после первой атаки колдуна.
— Это он может. — кивнул Прохор.
— А где Вика? — запомнив слова воспитателя, поинтересовался я.
— Так вон, к нам идёт.
И действительно, девушка к нам приближалась.
— Алексей, ты как?
— Нормально. А ты?
— Тоже всё в порядке.
— Всё остальное дома обсудите. — вмешался Прохор. — Тем более, вон, кавалерия пожаловала. — он указывал на несколько подъехавших «Газелей». — Вика, прости, но тебе здесь присутствовать пока не рангу. Мы с Лёшкой и Василичем встретим гостей. — он помог подняться Орлову, а Вяземская послушно отошла в сторону.
Из сотрудников канцелярии, обряженных в чёрный камуфляж, без маски был только Пафнутьев, да и в костюме щеголял только он один. Все остальные канцелярские, выскочившие из «Газелей», быстро рассыпались по стоянке. Дорогу Виталию Борисовичу, сопровождаемому всего одним высоким «чёрным», попытался перегородить для доклада какой-то мужчина в форме полковника полиции. Выслушав короткий доклад, канцелярский жестом отослал полицейского, и продолжил движение к нам.
— Иван Васильевич в курсе? — за место приветствия спросил Пафнутьев у Прохора.
— Нет.
— Иван Васильевич, вернитесь пока к своим людям. — твердо сказал Пафнутьев Орлову.
Тот кивнул и зашаркал обратно к «волкодавам». А мы же, вслед за Пафнутьевым, неспешно направились к сдвинутым машинам.
— Всего десять трупов, Прохор. И все среди уголовников. Это точно он? — остановился, наконец, тот.
— Да, Виталя. И он стал ещё сильнее. Да и Алексей с ним побеседовал…
— Не понял?.. — на лице Пафнутьева проявилось недоумение.
— Пусть сам и расскажет… — Прохор опустил голову. — Я-то что… Практически всё время в бессознанке был…
— Алексей Александрович, — обратился ко мне Виталий Борисович, — давайте с самого начала, и во всех подробностях. — а я покосился на его сопровождающего в маске. — Не обращайте внимания, — Пафнутьев заметил мой взгляд, — этот человек обличён нашим доверием.
Я вздохнул и начал рассказывать. Только успел перейти к тому, как после приказа Прохора начал поиск колдуна, пискнула чуйка, и мимо меня, со сдавленным криком «Сука!», к воспитателю рванул сопровождающий Пафнутьева, пробивая Прохору в грудь, отчего тот отлетел и врезался в стоящие автомобили бандосов.
Ах вы твари канцелярские! На близкогомоего руку подняли? Тем более вроде как своего же?
Забрало упало…
