— Ставлю на то, что он не слезет без помощи, — фыркнул Виньес.
— Ты и так все проспорил уже!
— Давай, принимай ставку. Сейчас эта курица облажается, и я все верну обратно.
— Это кто там курица? — зарычал Сони.
Успех Виньеса нельзя было назвать даже отвратительным. Его просто не было. Он запутался в первых же петлях, избрыкался и мгновенно сдался, освободившись из веревочных пут с помощью энергии. Дьерд после долгих мучений добрался до середины пути и тоже повернул обратно. Кален, прилепившийся к Альезану как банный лист, с интересом посмотрел на забавы друзей, когда пробегал мимо, но испытать себя отказался. Никто из них не привык работать без магии и анализировать тончайшие оттенки чувств, и ни у кого из них не было такой интуиции, как у Сони. Ну и кто после этого курица?
— Впервые вижу, чтобы у кого-то не из сехенов так быстро получилось освоить секреты нашего передвижения по канатам, — с уважением произнес Виш.
Он снова нацепил неизменный прищур, который заменял вождю все эмоции. Но кажется, его действительно впечатлили достижения Сони.
— Это простейшие плетения, — снисходительно произнес новый голос. Сверху его обладателя видно не было. — Настоящих ловушек нет, высота средняя. Дом, в который сможет залезть и ребенок. Какие тут секреты? Запахи да плотность, волокнистость — вот где секрет. Если бы он ориентировался по ним, умел отличать хотя бы пеньку ото льна, то другое дело. А так — разве здесь есть чем гордиться?
Сони вытянул шею, раздвигая мохнатые ветки ствилла. Кто там ставит под сомнение его триумф?
— Согласись, что даже это очень здорово для человека, который никогда раньше не бывал в наших домах, — упрекнул Сех.
«Даже это»? Сони был готов расплакаться.
— Может быть, — неохотно признал голос. — Но вот вопрос: зачем вообще ему бывать в наших домах?
Кто это, Сони уже догадался. Но он должен был увидеть его лицо, особенно когда этот человек так запросто разносит его в пух и прах. До площадки, откуда открывался хороший обзор, нужно было слезть чуть-чуть вниз. Так, возьмемся вот за эту веревку…
Сони опустил на нее свой вес и с криком рухнул вниз.
— Я запутался! — жалобно сообщил он после недолгих трепыханий.
— Ага! Я же говорил! — воодушевленно объявил Виньес. — Дьерд, возвращай мои деньги.
— Сволочь! — не выдержал Сони. — Чтоб ты провалился в пузо Огрошу!
Снизу до него донесся надменный смех Виньеса и проклятия Дьерда.
— Я освобожу тебя, — сказал Сех.
Он очутился возле «гнезда» в мгновение ока. Да, мальчишка задержался кое-где, выбирая между тросами, но все же это было гораздо быстрее, чем у Сони. Их практику лазания было не сравнить. «Жаль, что подбросить поддельные камни отцу не может сам Сех», — кисло подумал Сони. Успех был бы обеспечен, а мальчишка — и не вспотел бы.
По пути назад Сони попался в капканы петель еще два раза. Поэтому, когда он приветственно кланялся Гоху, вид у него был порядком потрепанный. Вместо того чтобы посочувствовать, кесет оглядел его с удовлетворением. Сони сжал зубы.
— И все-таки я победил, — сказал он, развернувшись к Дьерду и Виньесу. — Так что с вас денежки, с обоих.
Курносый маг сразу стал рассматривать голубое небо, морща лоб.
— Победить-то победил, но это было не очень ловко.
— Я бы даже сказал, что неуклюже, — многозначительно добавил Виньес.
Сони ткнул в него пальцем.
— Об этом не было уговора, так что нечего тут ломаться.
— Сделать это ловко не получится ни у одного из вас.
Грубая реплика, прервавшая дружескую перепалку, заставила всех замолчать и обернуться к Гоху. Глаза мужчины недобро сверкали. Сони нахмурился. У вождя было некоторое право выступать, но количество высокомерия в его голосе превышало все границы. Дьерд смотрел на сехена заинтересованно, словно ждал, что еще он может выкинуть, а с лица Виньеса слезла ехидная улыбка, предназначавшаяся вору. Губы мага приоткрылись, но Сех успел раньше.
— Пап, ну что ты, — он вымучил улыбку. — У Сони ведь здорово получалось.
Брови Гоха сдвинулись.
— Сех, ты меня удивляешь. Учить чужаков проникать в наши дома? Кесет Виш, ты тоже поступаешь неразумно, позволяя им забираться в свой дом.
Глаза-щелочки Виша распахнулись от гнева. Сехен, удобно устроившийся на траве, стал угрожающе подниматься. Чтобы кесет отчитывал кесета у всех на виду? Да еще на кинамском языке, чтобы это услышали и гости? Гох чересчур много о себе возомнил.
И снова первым встрял Сех.
— Пап, но они же друзья…
— Друзья? — изумился Гох. Он окинул отряд взглядом. — Я знаю, Сех, ты всегда мечтал стать гвардейцем, и я даже просил за тебя перед лордом Альезаном. Но я не думал, что ты с такой скоростью забудешь о своем происхождении и о том, что за люди перед тобой. Видит Сатос, я боялся, что твой взор затуманится. Двое из них