Заставив себя не обращать внимания на звуки, Сони пополз вперед. Карниз был узким и неимоверно скользким. Хорошо хоть, что сегодня не шел дождь, иначе продвижение по выступу превратилось бы в испытание, даже несмотря на то что Сони надел сапоги с насечками на подошвах (он в очередной раз похвалил себя за то, что не пожалел времени и так долго корпел над ними). Однако ползти и так было непросто. Ставни первого окна оказались закрыты, и Сони спокойно миновал его, стараясь не прислушиваться к раздающимся за ним шлепкам и охам. А вот второе окно распахнули прямо у него перед носом.
Он молча выругался, прижимаясь к стене так, словно пытался пройти сквозь нее. И что ему делать? Возвращаться и пытаться добраться до комнаты Мирейны с другой стороны слишком долго, женщина может уже вернуться к этому времени и больше не выйти сегодня. Пробраться под окном тоже было невозможно — любая попытка совершить это грозила падением вниз. И как же через него проскочить?
Из комнаты доносились звуки беседы, изредка прерываемой кокетливым смехом. Великая Бездна! Если они будут болтать, а не делом заниматься, то Сони придется торчать здесь всю ночь. Он замер, дожидаясь, когда шлюха и ее посетитель наконец-то увлекутся друг другом.
Пронизывающий ветер гулял по спине, заставляя трепетать свободные рукава рубашки, а кожу — покрываться мурашками. Жилет Сони не стал надевать, чтобы дурацкие пуговицы ни за что не цеплялись и не отрывались в самый ответственный момент, и теперь жалел об этом. Как бы не схватить простуду и не оказаться в итоге бесполезным для Калена. "Давай же, сын Бездны, — мысленно требовал Сони у болтливого посетителя, — засунь этой шлюхе, да так, чтобы у нее глаза на лоб вылезли и она не видела никого, кроме тебя!"
Когда женщина наконец-то начала томно вскрикивать, Сони уже думал, что ему пора освоить новое ремесло — работу статуей. Однако он двинулся вперед, лишь когда стоны участились, обозначая пик действа. Теперь парочка не сможет остановиться, даже если что-то заметит.
Сони стремительно — насколько это позволяла ширина карниза — метнулся мимо окна. В глубине комнаты мелькнули голые зады. Проклятье, если бы он знал, что они делают это спиной к окну, то не стал бы столько ждать! Но сожалеть было поздно. Наступило самое время позаботиться о том, чтобы не рухнуть с третьего этажа на камни мостовой. Сони не был против, чтобы камень королей "привязался" к кому-нибудь другому, но предпочел бы остаться при этом в живых.
Чтобы не задеть ставни, пришлось отодвинуться. Балансируя на узком выступе, Сони правой рукой держался за ставень и отчаянно молился, чтобы никто не услышал, как жалобно скрипят петли, а левой судорожно хватался за стену, но пальцы в перчатках скользили по гладким камням. Кое-как Сони удалось восстановить равновесие, и он с облегчением выдохнул. Будь это обычный заказ, он бы потребовал двойную плату с нанимателя. А потом пробрался бы к нему в спальню и насыпал шипов игольника в постель, чтобы он чесался целый месяц.
Жаль, что это не обычный заказ. Да и игольник на Севере не растет.
Все, что теперь оставалось, это проникнуть в комнату Мирейны и убраться до того, как вернется хозяйка. По сравнению с последним пассажем — сущая мелочь.
Ставни в ее комнате были прикрыты, но не заперты на защелку. Сони спокойно залез внутрь, убедившись, что там никого нет, и зажег маленькую свечку — сестру той, которую он использовал в покоях Иньита. Дрожащее пламя осветило клетушку, почти все пространство которой занимала огромная кровать. По бокам втиснулись сундуки, комоды с зеркалами, баночками и разными приспособлениями для развлечений, а в углу стоял массивный шкаф, частично закрывающий широкий гобелен с изображением непристойных сцен. На стенах под потолком были намалеваны совокупляющиеся мужчина и женщина в разных позах, одну из которых должен был выбрать посетитель. Чаще всего таких картинок было две-три, самое большее — пять. Судя по тому количеству, которое нарисовали здесь, Мирейна умела очень, очень многое.
Сони сглотнул и заставил себя отвернуться от картинок. Он пришел сюда не за этим. Не за этим! Надо почаще это повторять. О да,
Он с усилием оторвал взгляд от потолка и опустил его вниз. Чем комната Мирейны отличалась от жилищ других продажных девок? Здесь царила чистота, что могло объясняться строгими правилами владельцев борделя — беспорядок отпугивает посетителей. Банки-склянки, женские штучки — с ними тоже все ясно. Но зачем столько сундуков, нагромождающихся друг на друга? С точки зрения хозяев заведения было разумно отобрать у Мирейны все ее имущество, чтобы она не могла сбежать и зависела от них, долгие годы выплачивая какие-нибудь долги или еще что-нибудь в этом роде. Что если Мирейна вовсе не пленница здесь, как часто любили звать себя проститутки?
