— Да светит вам солнце, настоятель. Я пришел не от лорда Ламана.
— Тогда чью волю вы пришли изъявить? — уточнил Мирран. — Неужели генерала Таннеса?
— Нет. Я пришел говорить с вами от своего собственного имени.
Настоятеля это удивило. Он несколько мгновений изучал Сони и, наконец, кивнул.
— Как бы там ни было, я вас выслушаю. Вы хотели сообщить мне какие-то важные сведения?
Он не предложил ему ни присесть, ни испить вина — ничего, что подразумевали правила северного хорошего тона. Хотя Сони так вымотался за день, что ему действительно хотелось сесть, а лучше упасть без сил на кровать, беспокоило его не это. Чахоточный и бородатый продолжали дышать ему в затылок и даже не думали от него отодвинуться. Он оглянулся на них. Жрецы пристально следили за гостем, а взгляды у них были такие, словно они готовы чуть что вцепиться в него и вытащить наружу. Что это было — намеренная попытка оскорбить человека Ламана? Или Мирран боится, что к нему прислали убийцу?
Сони щелкнул языком, укоряя себя за то, что не учел этот момент. После многочасовой возни с ящиками сушеных трав голова соображала слишком туго. Конечно же, из-за встречи с Каленом и недвусмысленной угрозы Ламана в нем могли видеть только убийцу.
— Настоятель, вы можете не опасаться меня. Я прибыл с благими намерениями — только поговорить.
— Почему вы решили, что я опасаюсь вас?
Сони красноречиво посмотрел на пыхтящего бородача. Может, Мирран и не боялся убийцы, зато этот жрец, судя по его красной морде, был совершенно уверен в том, что перед ним душегуб.
— Ваши сведения настолько секретны, что вы не можете их сообщить при моих помощниках? — скептически заметил Мирран.
— Эти люди намекали на то, что я должен дать им взятку, чтобы они доложили вам обо мне. Позвольте мне усомниться в их честности.
Служитель богов сдвинул белесые брови.
— Даннет, Рингар, это правда?
Жрецы, как по команде, склонились.
— Да не увидеть мне солнца на Небесах, если это так, настоятель! — быстро произнес бородач. — Уважаемый гость неверно истолковал наши слова!
Мирран вздохнул. Похоже, он и так догадывался о грешках своих подчиненных, потому что строгим голосом приказал:
— Вон. И никого не зовите вам на замену.
— Настоятель, прошу вас, не оставайтесь наедине с этим человеком! — испуганно воскликнул чахоточный, и не пытаясь оправдаться.
— Я не убийца, — возразил Сони. — Если бы меня отправили вас убить, то я не входил бы через парадный вход, а два жреца никак не помешали бы мне выполнить задание. Если вы подозреваете меня в чем-то, я готов говорить с вами хоть перед алтарем, чтобы нас видели все прихожане.
— Даннет, Рингар, прочь, — повторил Мирран и потер слипающиеся глаза. — Господин Сони, кем бы вы ни были на самом деле, я вас ни в чем не подозреваю. Мне известно, как действуют убийцы и маги. С одним из них я, к сожалению, рос и не могу не знать, что расстояние между нами ничего не значит. Если бы я боялся смерти, то вообще не пригласил бы вас сюда. Чего я действительно боюсь, так это того, что квенидирцы останутся брошены на произвол судьбы и некому будет о них позаботиться.
— Это я и пришел обсудить.
Кажется, ему наконец-то удалось заинтересовать Миррана — из его взгляда исчезла сонливость.
— Присаживайтесь, — произнес он, как только его помощники, шурша двухцветными шерстяными робами, скрылись за дверьми. — О чем вы хотели мне рассказать?
Сони отодвинул стул сбоку от Миррана и устроился рядом с ним, вглядываясь в его полное лицо. Будь они с Каленом похожи, отыскать подход к настоятелю было бы проще, но ничего общего у них Сони не находил. Семейное сходство с трудом угадывалось лишь в волевом подбородке да очертании тонких губ. Оттенок глаз — и тот был другим. У Калена — синий, холодный, как горное озеро, обжигающе ледяные воды которого Сони видел у перевала Катарка, а у Миррана — скорее серо-голубой, как прозрачный туман летним утром. Мирран иначе себя вел, иначе думал. Это были два совершенно разных человека, и как повлиять на жреца, Сони не знал.
Но что он знал абсолютно точно — ложь этот человек различит сразу.
— Завтра на рассвете Ламан отправляет новый караван с беженцами, — начал он. Мирран, ожидавший чего-то иного, нахмурился. — Отдельно от других обозов поедут повозки с детьми, чтобы не подвергать их опасности на случай нападения Детей Ночи или Таннеса. С ними поедут женщины и…
— Значит, вы все же от лорда Ламана, — прервал его настоятель. — Это бессмысленно. Я уже дал ему свой ответ.
— Женщины и солдаты, которые смогут защитить детей, — повысив голос, упрямо продолжал Сони. — Они будут обеспечены всем необходимым и не остановятся ни в одном селении, чтобы не привлечь к себе внимания када-ра…
— Никто не будет отнимать детей у их матерей. Это бесчеловечно.
— Бесчеловечно? — возмутился Сони. — Бесчеловечно — это то, что делаете вы!
