Черный монолит, с ревом стирая стены, неуклонно сокращал расстояние до своей цели. А та бежала, перепрыгивая с одной полосы на другую, и по-прежнему держала наготове четырехконечную металлическую звезду.
Ее веселая вспышка блеснула в глаза Райдеку, и он ухмыльнулся. И отчего-то позабыл о нарастающем реве приближающейся плиты.
Мимо него пронеслась неукротимая махина, в ушах взорвавшаяся оглушительным рокотом. Парня накрыла волна пыли, и он рухнул на живот. Позвоночник заныл, приняв на себя подачу из килограммов песка, и мир на мгновение померк в черных красках смерти.
Сбросив с себя песок, Защитник вскочил на ноги. Он с трепетом поглядел на широкий коридор, невольно вымощенный среди высоких стен, и ужаснулся от одной мысли, о том, с какой неуправляемой силой им пришлось столкнуться.
Он впервые почувствовал участившееся сердцебиение, молотом отдающееся в горле.
Антайо бежала из последних сил, превозмогая боль, завладевшую ее ногами. И чувствовала у себя за спиной сиплое и пыльное дыхание хищника. Ее скорости уже не хватало, чтобы сдержать безопасное расстояние, и она понимала, что «Мясорубка» вот-вот поглотит ее.
И уж точно она не успеет добежать до начала Лабиринта. И, почувствовав колющую боль в ногах, Антайо поморщилась, и покрепче обхватила райктен. Костяшки ее пальцев побелели.
Она очень боялась оступиться на такой скорости и упасть в бурлящий поток камней, буквально дышащий ей в спину. Она кожей ощущала жадный, захлебывающийся в триумфе грохот и вибрацию, которой взялся полосатый каменный пол.
Еще немного… И дорожка под ногами начала крошиться.
Антайо замахнулась и бросила райктен. Тот в считанные секунды преодолел оставшееся расстояние, и вертикально встрял в белом камне едва ли не наполовину. Он игриво блеснул своей хозяйке, и та поняла, что момент настал.
Очередная дорожка под ногами заходила вальсом, разрушаясь, и тогда Антайо прыгнула.
Ее ноги заболтались в воздухе, как крылья птицы, но, увы, им не было дано освоить чуждую стихию. Воительница летела вперед, навстречу стене, и плотный воздух со свистом ударял ей в грудь. За ней, едва не касаясь ее шелковистых развевающихся волос, взметнулось бетонное крошево, в следующий миг взрывной волной ударившее в спину. А черная стена, промелькнувшая под ней, устремилась вперед, не встретив больше никакой преграды.
Налету Антайо подняла руку, и выгнула тело, встречая распростертые объятия башни. И вдруг с размаху ударилась в каменную стену. Боль пронзила ее с головы до пят, нос заложило от невозможности вздохнуть. Перед глазами поплыло, а пальцы мертвой хваткой сжались за бляху райктена. Лезвия резанули кожу, и девушка ощутила теплую кровь, потекшую по ладони.
Тут ее резко встряхнуло, и вместе с грохотом под ногами поползла толстая трещина. Она устремилась ввысь, и, издав скрежет, остановилась.
Черный монолит наполовину вошел в белый лист, и, лениво смолкнув, застыл на века. Его красивый матовый цвет разом потускнел, в итоге обратившись в скучный грязно-серый.
Утихающее эхо от затянувшегося грохота еще минут шесть расползлось во все укромные места Лабиринта. Но в ушах Защитников до сих пор резонансом гремела канонада, которая, похоже, еще не скоро отпустит их слух.
А у Синди все же заложило уши. Она стиснула зубы, и уселась на грязный пол узенькой дорожки, немигающе наблюдая за силуэтом Антайо, висевшим над серым полотном посреди закругленного холста.
И до чего же ее фигура портила до того гармоничную картину.
Рыжая фыркнула и внезапно зашлась сильным кашлем.
Синди и Райдек медленно двинулись вперед, осторожно ступая по пыльным светлым полосам. Иногда они перепрыгивали на другие дорожки, когда их пути с прямоугольными змеями, плетущимися под ногами, расходились. Непривычная тишина вновь опустила свои сети, старательно пытаясь похоронить тот грохот и треск, которые царствовали тут минут десять назад.
Навалившаяся усталость и боль в ногах, стали ощутимы как никогда ранее. Ноги словно бы налились свинцом, а спина и руки ныли, требуя двухчасовой отдых. Но с каждым шагом, приближаясь к широкому серому прямоугольнику на белом фоне, усталость медленно отступала, забирая с собой колкую боль в мышцах.
Пятку укололо, и Синди поморщилась. Она остановилась и, сняв обувь, принялась вытряхивать из нее песок. И между тем не забывала неотрывно наблюдать за Антайо, до сих пор висящую на своем прежнем месте. Наверное, здорово ей досталось… Но нельзя не отдать ей должное — она сумела остановить ловушку.
Красноволосая фигура над серой плитой покачнулась, и вдруг упала на ее выпирающую поверхность.
Когда ребята, перебарывая боль в ногах, спустились, то сразу нашли Антайо. Она сидела на полу, облокотившись о серую стену покоренной ловушки. Ее пустой взгляд был устремлен вперед, на широкую дорогу, простирающуюся в сердце бесконечной череды коридоров.
