Пару раз чуть не поскользнувшись, я осторожно добрался до края крыши, хватаясь пальцами за неровную черепицу. Правее меня оказалась сточная труба, которая, после того как я выбирался из своей квартиры, ассоциировалась теперь с чем-то нехорошим и болезненным. Но, к счастью, она мне была не нужна. Я уселся на краю, балансируя, чтобы не упасть, и, собравшись с силами, прыгнул вперёд и вниз, через мгновение распластавшись по крыше спортивного зала. Как хорошо, что его конёк был таким широким, иначе, пожалуй, моя затея кончилась бы трагически уже сейчас. Не знаю, сколько метров падать вниз, но по такой погоде это могло бы стоить мне переломанной шеи. Что же, значит, это уже можно считать удачным стечением обстоятельств, словно предполагающим верность моих действий. Но разве не из всего при желании это можно заключить?
Не поднимаясь, я пополз на четвереньках вперёд, невольно благодаря кого-то свыше, что охрана не использует здесь мощные фонари для осмотра территории в подобных условиях. Иначе я точно стал бы весьма удачным объектом для обнаружения. И что случилось бы в этом случае? Наверное, меня блокировали бы, бережно сняли с крыши и, разумеется, никуда не позволили бы двинуться. В крайнем случае, отпустили бы на встречу под усиленной охраной, но я ни секунды не сомневался, что Борис и Вера Павловна непременно её почувствуют. А это могло стать концом всему. Поэтому – только скрытность и вера в собственные силы могли мне здесь помочь, и до сих пор всё шло достаточно удачно.
Конёк оборвался как-то внезапно, и я чуть не упал, бешено заскользив руками вниз и болезненно приложившись подбородком. Однако всё-таки удержался и, выдохнув, смотрел на стучащие рядом по крыше огромные лапы деревьев. Теперь предстоял, пожалуй, самый сложный этап всей операции – от ограды меня отделяло минимум три дерева, по которым предстояло незаметно и безопасно перебраться. Кажется, не такая уж и сложная задача, однако, несмотря на затянутые в перчатки руки, я был уверен, что не всё так просто. А вот риск рухнуть вниз возрастал по сравнению с крышей гораздо больше.
– Ну, давай. Время не ждёт, – прошептал я, подбадривая себя.
Сместившись ниже, я задержался согнутой в локте рукой за край конька, а второй ухватил мокрую и колючую лапу. Ствол здесь, как я видел днём, должен находиться совсем рядом, но до него ещё надо добраться, не промахнувшись в темноте и неразберихе ветвей. Поэтому я продвинулся ещё вперёд и, когда почувствовал, что относительно твёрдо стою на выпуклостях черепицы, перенёс вес тела на ноги и ухватился за ветки второй рукой. Наверное, со стороны это выглядело весьма забавно – этакая раскоряка между крышей и деревьями, образующая согнутый колышущийся мост. Что же, над этим наверняка будет весьма уместно посмеяться потом, но теперь других вариантов, кроме как двигаться дальше, у меня не было. Вряд ли удастся, если вдруг передумаю, просто сместиться назад, а раскачивающиеся лапы рано или поздно увлекут меня вниз, и я могу просто скатиться по крыше в пустоту.
Не раздумывая, из-за чего появлялись лишь новые сомнения, я сильно оттолкнулся ногами и стремительно помчался вниз, скользя пальцами по иголкам и пытаясь схватиться за мелькнувший впереди ствол. Как ни удивительно, это удалось с первого раза, хотя я явно опустился намного ниже, чем рассчитывал. Хорошо, теперь надо аккуратно приподняться и продолжить путь, благо все деревья стояли близко друг к другу. Помогая себе руками, я без особого труда вскарабкался по прочным основам веток, выбрал место, где лапы соседних деревьев сплелись, и, переместившись, прыгнул. Но на этот раз ствола я не почувствовал – точнее, он был где-то там, за водопадом иголок, но я никак не мог его ухватить и продолжал скользить по лапе вниз, своими отчаянными брыканиями, кажется, лишь способствуя тому, что скорость падения увеличивалась. Затем, когда я был уверен, что ветка сейчас кончится и мне придётся-таки рухнуть вниз, неожиданно движение прекратилось. Это была толстая ветка, торчащая поперёк, и благодаря ей я смог аккуратно переползти к стволу. Теперь, кажется, до ограды было рукой подать, но предстояло преодолеть ещё одно дерево, хотя сил на это оставалось маловато. Печально, что подобное приходилось осознавать тогда, когда основные действия и опасности даже не начались, но в любом случае дальше предстояло идти с тем, что есть.
