Для меня тем самым, что я называла «выше и важнее», были поиски ответов на вопросы, почему в природе происходят те или иные, подчас с виду непонятные, явления. Поиск истины – вот что важно! Люди испокон веков задавались вопросами, почему происходит то или иное явление, и при недостатке знаний были склонны к тому, чтобы объяснять все непонятное какими-то сверхъестественными силами. Но ведь и о сути этих сверхъестественных сил никто не знал.
– Не существует никакого проклятия фараона. Смерть участников экспедиции связана с естественными причинами, кстати говоря, уже не в молодом возрасте, – сказала я, – а легенда о проклятии была разработана намеренно, для того, чтобы подогреть интерес к пирамидам.
Кристина с гневом, на который только была способна юная особа ее склада характера, посмотрела на меня и выпалила: «Может, ты еще заодно объяснишь, почему возникает дождь из камней?»
– Да, пожалуйста, – к тому времени я уже накопила знаний, которые были мне необходимы для борьбы с «невежественными людьми». – Такие дожди возникают из-за смерчей, которые подхватывают мелкие камни и уносят их на много километров.
Так она часто устраивала мне «экзаменовки», всякий раз, когда злилась на меня по любому поводу, пока я однажды не сказала:
– Кристина, ты разве никогда не замечала, что чудеса имеют обыкновение повторяться?
Она посмотрела на меня вопросительно.
Я продолжала: «Чудеса повторяются, потому что повторяются обстоятельства, которыми они вызваны. Но ведь если повторились обстоятельства, так и чудо не может не произойти: оно совершается в таком случае неизбежно. А если так, где же сверхъестественные силы, совершающие чудеса, если эти самые чудеса совершаются в силу обстоятельств, по необходимости. Значит, чудеса – вовсе не чудеса. И если сейчас мы не видим объяснений чему-то, то когда-нибудь обязательно найдем».
То, о чем я сказала тогда Кристине, было для меня чрезвычайно важно. Это было основой, оплотом моего мировоззрения. Именно моя убежденность позволяла мне быть уверенной в себе.
Внезапный шум сбил меня с мыслей: окна в спальне были зашторены, и стекло в раме тряслось.
«Странно, ветра на улице нет». На несколько секунд я очень испугалась и хотела броситься к двери, но потом собралась с мыслями и медленными бесшумными шагами стала приближаться к окну, протягивая к нему руку. Затем я схватила пальцами край шторы и резким движением отодвинула ее…
За окном сидел черный котенок. Я открыла окно и взяла его на руки. Только в этот момент я поняла, что в комнате было очень душно. Свежий ветер подул с улицы. Окно выходило в сад, в котором днем мы с Кристиной сажали цветы. Сейчас было очень приятно посмотреть на свою работу. На небе, словно долька сочной спелой дыни, светилась молодая луна. Между деревьями я увидела силуэт человека, сначала мне показалось, что он ходит по саду, но, приглядевшись, поняла, что он находится по другую сторону забора. Я решила закрыть окно, оставив открытой лишь небольшую форточку, и лечь спать. Переодевшись, устроилась поудобнее на пуховой перине и провалилась в сон.
Спала я в ту ночь просто великолепно! Как ни странно, но Кристина меня будить не стала, а подождала, когда я проснусь сама. Первое, что я увидела, выйдя из комнаты, – Егор уминает тонкие кружевные блинчики, приготовленные сестрой. Егор и Кристина были сводными братом и сестрой. Егор был всегда несколько упитанным мальчиком и очень добродушным. С Кристиной они не были похожи совсем. Брат был круглолицым, с темно-русыми вьющимися волосами. Говорил всегда мягко и вкрадчиво, внимательно выслушав собеседника, что очень контрастировало с порывистой речью Кристины, у которой слова часто опережали мысли.
– Кэри – дорогая моя Каролина, как я рад тебя видеть! – Егор любил называть нас с Кристиной укороченными именами на американский манер.
– Егор, я тоже очень рада, так соскучилась.
– Угадай, где я был вчера?!
– Кристина мне рассказала. Ты был на соревнованиях по шахматам.
– Кристи, ну как ты могла, – Егор сделал обиженный вид.
– Ты же знаешь, я могу молчать только о том, что рассказывает мне Тимур.
– А о том, что говорит брат, можно рассказывать всем подряд.
– Во-первых, у тебя нет таких тайн, как у милиции, а во-вторых, Каролина – это не все подряд.
