– У нас как-то не принято… Гусеницы водятся далеко от деревни, в ближних местах их не бывает. И мы туда не ходим. Тем более что в тех краях случаются странные вещи… А за рекой, – он указал вправо, – живёт воинственное племя синекорых. Его воины убивают каждого, кто очутится на их земле. Жутко убивают. Мы с ними воюем. Нам не до гусениц.
– Кажется, я видел, – Виш рассказал Фику о плывущих по реке колодах.
– Это они, – кивнул Фик, – синекорые. Их ветверук дело.
Шедшие впереди воины замедлили шаг и разом обернулись. На их лицах легко читалось выражение ужаса.
– Ну, показывайте, где у вас гусеницы, – грубовато приказал Виш, нимало не сомневаясь, что они пришли на ту самую полянку, где гусеницы грызли круглоголовых Неподвижных Собратьев. Так он прикинул по пройденному пути и по виду местности. С другой-то стороны – море.
Так и получилось. Но добирались они другой дорогой, более короткой, чем получилось у Виша. И всё равно идти пришлось долго.
Гусениц стало значительно меньше. И это немного обрадовало Виша.
Однако, едва завидев гусениц, воины побледнели, покрылись крупными каплями пота и стали передвигаться медленно-медленно. А гусеницы, почуяв манящий запах, закрутили усиками и направились прямёхонько к ощетинившимся дрожащими копьями воинам племени Лил… Запах пота привлекал их.
У Виша подобных проблем не было: выросший в более суровом климате, он не привык потеть по пустякам. А особенно по таким, как схватка с равными по росту и по весу гусеницами. Поэтому ли, или же потому, что гусеницы остерегались атакующего врага, но они сторонились Виша, воротили от него жвала.
Вишу пришлось раз за разом колоть и колоть гусениц пикой в загривок. Это было утомительно, тяжело, и даже как-то неловко. «Как на мушиной бойне, – подумал он, очередной раз вытаскивая и вновь вонзая пику. – Даже неинтересно… рутина».
Зато помогало оттачивать мастерство. Несколько раз Вишу удалось повторить коронный удар Чера, мгновенно парализующий гусеницу. Воины, увидев, как Виш управляется с чудовищами, малость приободрились, и стали более активно обороняться от гусениц. А их отношение к Вишу в корне переменилось: все стали смотреть на него с благоговением.
И всё равно отваживались атаковать лишь группами по четыре-пять воинов. И то копья едва не выпадали из трясущихся ветверук. Не одного воина пришлось выручать Вишу. Когда гусеница придвигалась особенно близко, туземцы бросали копьё и закрывали глаза ладонями. Гусениц они боялись панически.
Пришлось принимать инициативу на себя.
– Смелее, бродяги! – зарычал Виш, подражая хриплому рёву Чера в моменты битвы. – Покажите этим жалким червячкам, на что вы способны! Заходите спереди и сзади по двое! Вы же видите, их совсем немного. Точнее разите копьями! Бей!!
И прибавил пару ругательств, на которые был так щедр Чер. Может, в подобных сочетаниях эти термины здесь не применялись, но необычные выражения прозвучали для воинов как заклинания и воодушевили их. Да и поведение Виша немало способствовало повышению боевого духа: воины успешно разобрались по двойкам и тройкам и прикончили четверых гусениц. Оставшихся добил Виш.
– Ф-фу! – произнёс он, стирая со лба потёки гусеницыной крови. – Ну и битвочка была!
И закрепил фразу витиеватым ругательством из старых запасов. Воины вряд ли что поняли из арсенала Черовых ассоциаций, но отозвались одобрительным ропотом. Отважный воин и после смерти продолжал сражаться.
Но дальше случилось то, что вселило в Виша недоумение: воины, подобрав сломанное оружие и немногочисленных раненых, вознамерились отправиться в селение! Бросив убитых гусениц на поле боя!
С таким расточительством Виш смириться не мог.
– Подождите! – остановил он воинов. – А добыча?
– Какая добыча? – удивился Фик.
– Гусеницы, – указал Виш. – Их надо унести с собой… и съесть!
– Мы никогда не едим врагов, – покачал головой Фиг.
– Как можно не есть гусениц? – удивился Виш. – А как же…
Он лихорадочно искал слова, которые позволили бы ему сохранить привычную диету – за время пребывания в селении Лил он несколько ослаб без мяса гусениц и ящериц. И нашёл!
– А как же вы станете такими же сильными и ловкими, как гусеницы? – вкрадчиво спросил он.
Фик и Фиг недоумённо переглянулись.
– Да! – продолжал Виш. – Разве вы не знаете? Победитель получает силу врага, когда съедает его. Все воины моего племени едят мясо гусениц, и поэтому мы все сильные и смелые.
Мысль показалась воинам интересной, и они, подбадривая друг друга, взвалили на плечи четырех убитых гусениц и понесли. Продолжая при этом покрываться потом.
Виш с сожалением провожал взглядом оставшуюся на поле добычу, но, чтобы потеря показалась не столь значительной, взвалил себе на плечи две штуки самых маленьких.
Положение руководителя обязывало. Хотя идти было тяжеловато.
В селении Вишу пришлось взять на себя и приготовление жаркого: никто не осмелился подойти к брошенным тушам.
По его подсказке воины освежевали гусениц и нанизали на вертелы. При этом с особым удовольствием вырезали челюсти и привешивали к поясу.
