— А что, по мне не видно? — Он усмехнулся — Это надо мою маменьку благодарить! С самого детства всё только про чертей читала, да про оборотней всяких, сама колдовать пробовала. Постоянно где-то отыскивала всяческие ритуалы, со своими подружками всё пытались богатство и мужей хороших заполучить. Вот и заполучила. Провела ритуальчик. Когда узнала, что будет ребёнок, пыталась от меня избавиться. Да не тут-то было! Уехала рожать в глухую деревню, ещё к одной такой же горе-колдунье. Когда увидела, какой я родился, сбежала от той бабки и меня ей оставила. Я пока маленьким был, думал, что это моя родная бабка, она ко мне хорошо относилась, как к родному. Она научила меня многому. Как свой истинный облик прятать, и как пользоваться природным умением обманывать людей. Она же понимала, что я не человек, и никогда не стану жить по-человечески. Когда я вырос, тогда она мне всё и рассказала, и про маменьку мою непутёвую, и про моих тёмных родственников. Потом отправила меня учиться в институт, в Екатеринбург. У меня всегда были способности к учёбе, да и память цепкая, могу сразу такой объём прочитанного запомнить, что простому человеку даже не снилось. И потом, про меня никогда не забывали мои невидимые родственники. Поэтому мне было достаточно легко жить. Конечно, это не могло продолжаться вечно. За всё надо платить. И вот лет пятнадцать назад, когда я уже работал, мне и дали первое задание. Я устроился в гематологическую лабораторию старшим лаборантом, и почти три года помогал одному предпринимателю, подделывал результаты исследований. Да, не удивляйтесь! Вы думаете, что ад где-то далеко? Нет, он пришёл к вам. И пришёл он очень давно. Здесь, на земле, у него много последователей.
— Я знаю. — Сказала я — Если бы не мы, люди, Сатане бы нечего было делать на земле.
— Я рад, что в этом у нас с тобой полное взаимопонимание.
— Нет, это не взаимопонимание, это просто реальный взгляд на нас, на людей. А кстати, ты что, себя вообще не причисляете к людям? — Я посмотрела на Александра.
— Когда как. — Он вздохнул — Я же всегда был один. У меня нет семьи, по причинам, которые ты видишь. Они, так сказать, налицо. Ты же понимаешь, что я не могу держать под контролем свой облик все двадцать четыре часа в сутки. Друзьями тоже как-то не обзавёлся. Демоны, которые мне помогают, тоже мне не близкая родня.
— Так значит, твой отец Абату? — Спросила я.
— А я откуда знаю, мне моё имя бабка моя сказала, а ей его шепнул тот, с кем опасно спорить. Она мне крепко-накрепко наказала, чтобы я его никому не говорил.
— Как-то не радостно мне тебя слушать. — Я тоже вздохнула — Я думала, что ты все эти безобразия творишь с радостью.
— А я думал, что ты идейный борец с демонами! — Он невесело ухмыльнулся.
— Так я и на самом деле борюсь с демонами по своему желанию. Может это и хорошо, что Анна заберёт твои колдовские силы, и ты будешь вести жизнь простого человека, ходить на работу, найдёшь себе хобби, например, путешествовать. Друзей заведёшь.
Он с минуту смотрел на меня, потом спросил:
— Вы что, действительно, обе так думаете?
— А что не так? — Удивилась я.
— Всё! — Взгляд у него опять стал колючий — Я родился демоном! Как вы это у меня отберёте? Если ты родился человеком, то как у тебя можно отобрать твои человеческие функции?
— Анна не собирается отбирать твои физические функции, а просто заберёт умение колдовать. Впрочем, я не знаю, как она это сделает. — Я решила узнать поподробнее о Славе — Александр, а Слава точно умер?
— Я же сказал тебе, что он умер. Тело его нельзя было оставлять, зачем людям видеть такое? Его пещерный демон спрятал. А они умеют прятать, не сомневайтесь. Никто никогда его не отыщет. И сдался вам этот Слава!
— Он не хотел обращаться, — я с укором посмотрела на Александра — ты силой и хитростью его заставил.
— Не хотел? Он несколько месяцев готовился к этому. Столько я сил положил, чтобы он обернулся! Следил за его питанием, за физическими нагрузками, как мог оберегал его от ошибок психического свойства. А потом этот слабак испугался, давай истерики мне закатывать. Но с того времени, когда демон дал ему свой элемент, процесс был уже необратим. И Славка уже перестал быть человеком. Звериные черты и на физическом, и на эмоциональном уровне всё чаще стали прорываться наружу. Я был постоянно при нём и, как мог, купировал эти процессы. Для этого и приехал вслед за ним сюда, в эту проклятую деревню. Но всё пошло не так. Он не реагировал на мои слова, два раза сбегал от меня.
— А зачем вам Каменного Медведя вызывать? Он же просыпается только в полнолуние, ненадолго. Это же не демон, который всегда в своей пещере сидит, и ваши приказы выполняет.
Александр отвернулся от меня и замолчал.
— Александр, а это ты сказал Славе, где он может найти коготь? — Снова попыталась я его разговорить.
— Да, я. Я сам его там и закопал. Не было у каторжников никакого когтя. Я в их вещи его подложил, и руку прикопал, чтобы Славка его сразу нашёл. — Александр поглядел на меня и тихо сказал — Отпусти меня.
