Жареной форели Адам воздал должное. Рыба всегда кажется вкуснее, заметил Леттнер, когда выловишь ее сам. Он методично опустошил половину тарелки и переключился на виски. Адам лишь отрицательно покачал головой. Ему хотелось выпить воды, но чувство непривычной бравады заставляло его подливать в бокал пиво. Нельзя было показаться слабаком, хозяин наверняка бы вволю посмеялся над ним.
Ирен маленькими глотками пила белое вино и рассказывала о жизни в Миссисипи. Несколько раз ей угрожали. Перебравшиеся в Огайо дети сильно тревожились за родителей. Жаркое стояло времечко, то и дело повторяла Ирен, и в ее глазах отражался восторг. Чувствовалось, что она безмерно гордится своим супругом.
После ужина хозяйка удалилась. Стрелки часов показывали начало одиннадцатого, Адам боролся со сном. Извинившись, Леттнер поднялся и проследовал в туалет. На террасу он ступил вновь уже с двумя бокалами виски. Передал один гостю, сел. Минут пять оба молчали.
— Выходит, ты уверен, что у Сэма был помощник. — Уин не спрашивал, а утверждал.
— Один он бы не справился. — Адам с трудом ворочал языком, речь его замедлилась.
— Откуда такая убежденность? — В голосе Леттнера звучало невозмутимое спокойствие.
Холл осторожно опустил бокал. Мысль о спиртном вызывала отвращение.
— После взрыва дом Сэма обыскали, верно?
— Ты прав.
— Пока Сэм сидел в камере, вы получили ордер на обыск.
— Да, и я принимал в нем самое непосредственное участие. За три дня десять человек перерыли там все.
— Но ничего не нашли.
— Без комментариев.
— Ни динамита, ни взрывателей, ни бикфордова шнура. Вообще ничего такого, с помощью чего можно было устроить взрыв. Верно?
— Верно. Ну и что?
— Сэм понятия не имел о взрывчатке, а уж опыта ее использования — тем более.
— Ошибка. Опыт, причем богатый, он демонстрировал неоднократно. Насколько я помню, взрыв у Крамера стал шестым. Бомбы грохотали в самых неожиданных местах, мы могли только локти кусать от бессилия. Тебя там не было, а я находился в гуще событий. Мы же запугали Клан, наводнили его информаторами. Примерно полгода была полная тишина, а потом вдруг, ни с того ни с сего, начались взрывы. Наши люди вслушивались в самые вздорные слухи, мы руки выкручивали своим осведомителям. Все впустую: они знали меньше, чем мы. Впечатление складывалось такое, будто на смену Клану пришли новые головорезы.
— Какую роль играл во всем этом Сэм?
— Его имя фигурировало в сообщениях агентов. Отец Кэйхолла и его брат, если память меня не обманывает, тоже числились в Клане. Однако особого усердия они не проявляли. Жили на севере штата, где обстановка оставалась спокойной. Кресты, конечно, горели и там, однако никаких взрывов, что позволяла себе банда Догана. Мы охотились за убийцами, нам не хватало времени заниматься рядовыми быками.
— Почему у Сэма появилась тяга к насилию?
— Этого я сказать не могу. В любом случае мальчиком из церковного хора Сэм не был. Убивать ему приходилось и раньше.
— Уверены?
— Ты меня слышал. В начале пятидесятых он застрелил одного из своих наемных работников, чернокожего. И ни дня не отсидел! Кажется, его даже не арестовали. Допускаю, что о других убийствах мы просто не знали.
— Не верится.
— А ты спроси у него. Посмотрим, наберется ли Сэм духу, чтобы рассказать внуку о своих славных деяниях. — Леттнер отхлебнул из бокала. — Убивать он умел, сынок, как умел и взрывать бомбы. Ты слишком наивен.
— При чем здесь наивность? Я всего лишь пытаюсь спасти его жизнь.
— Почему? От его руки погибли дети, двое невинных ребятишек. Это ты понимаешь?
— Сэма обвинили в их смерти. Но если убийство — зло, то тогда и штат не должен его убивать.
— Чушь! Прекраснодушный лепет! Таким одной смертной казни мало, уж чересчур это гуманно. Эти негодяи знают свою участь, у них есть время вознести молитву и сказать последнее «прощай». А жертвы? К чему успели подготовиться жертвы?
— Значит, вы за то, чтобы Сэма казнили?
— Да. Я за то, чтобы всех их казнили.
— Но вы же говорили, что подонком Сэма не назовешь.
— Я соврал. Сэм Кэйхолл — хладнокровный убийца. Он виновен, тысячу раз виновен. Почему после его ареста взрывы прекратились?
— Может, сообщники?
— О ком ты?
— О Сэме и его напарнике. И о Догане тоже.
— Хорошо. Допустим, у Сэма был напарник.
— Нет. Допустим, Сэм и был напарником. Допустим, взрыв готовил другой, настоящий специалист.
— Специалист? Да взрывались-то примитивные самоделки! Первые пять штук представляли собой трубки динамита, обмотанные бикфордовым шнуром. Зажигаешь спичку, подносишь — и ноги в руки, бегом. Проходит пятнадцать минут — бум! В конторе Крамера рванул заряд чуть помощнее, с дешевым будильником. Сэму повезло, что он сам остался цел.
— Вы считаете, время взрыва было выбрано специально?
— Так считает жюри. По словам Догана, они намеревались убить Крамера.
— Тогда зачем Сэму было крутиться рядом? Как он очутился поблизости?
— Спроси его самого. Впрочем, думаю, ты уже сделал это. Он что, говорил тебе о напарнике?
— Нет.
— Чего же ты хочешь? Если клиент утверждает, что действовал один?..
— Подозреваю, мой клиент лжет.
