Это произведение является продолжением романа «Звездный Корсар».З. Ы. Жаль, что Олесь Павлович сам не перевел на русский язык сей роман, получилось бы гораздо лучше, чем у меня. Но я старался…BesZakona
…Вот идет Князь мира сего, и во мне нет ничего…
Встаньте, пойдем отсюда…
Пусть будут счастливы все существа, пусть живут все они в радости и удовольствии! Все живые существа, которые только есть в мире, и слабые, и сильные, и длинные, и короткие, и большие, и средние, и высокие, и малые, видимые и невидимые, живущие близко и далеко, рожденные или те, еще в утробе, — все они пусть будут счастливы!
— Человек, чего тебе надо?
Все у тебя есть… все у тебя есть…
И море широкое, и солнце в небе,
И звезды — богатство твое.
— За морем широк горизонте новые -
Незримые духовные моря,
По солнцем жгучим является солнце сказочное,
По звездам — чудо-звезда.
— Человек, ты любовь,
Ты творишь города и песни…
Так откуда же рыдания, и вечные страдания,
И мечты в тревожном сне?
— Обними ведут к могиле,
Холодеют и вянут горячие губы,
По стеной телесным — родина всесильна,
Там ждет меня встреча праздника.
Первым пришел в себя Григор. Глубоко вздохнул и оглянулся вокруг. Часовня исчезла, будто ее и не было. Они стояли между густыми сорняками, и создавалось впечатление, что кто-то опустил их из пространства в гущу крапивы и полыни, не повредив ни одного кустика. Юлиана-Мария и Галя-Громовица растерянно переглянулись и одновременно спросили Григора:
— Что же дальше?
— Подождите, сориентируемся, — сказал парень, рассматривая ободранные стены небольшой церкви и звездные своды Выдубицкого монастыря, сверкавшие между высоченных тополей. — Что-то здесь не так…
— Что не так? — заволновалась Галя. — Мы оказались в другом месте?
— Да нет. Место то же. Выдубицкий монастырь. Только почему здесь сорняки? Должен быть двор Института археологии, асфальт.
— Кто-то должен встретить нас? — взволнованно спросила Юлиана. — Ты упоминал об ученых, об эксперименте…
— Да. Мы сейчас пойдем вверх… туда, где нас должны ждать, где расположена хроностанция. Идите за мной.
Парень пошел к стенам церкви, где виднелась протоптанная тропинка, громоздились кучи кирпича и мусора. Затрещали сорняки под ногами. Из темного отверстия храма неожиданно басовито залаяла собака, послышался хриплый голос:
— Стой! Стрелять буду!
— Еще этого не хватало, — смутился Григор. — Откуда здесь взялся охранник? Быстрее, девушки. Спешите туда, в монастырь, а там — по тропинке наверх…
— Стой, мать твою перемать! — загудело эхо, и над кучей мусора появился растрепанный заспанный сторож, а рядом с ним — здоровенный волкодав, весь в репьях от ушей до хвоста. Пес угрожающе скалил клыки, а охранник, нацеливая дуло ружья на нарушителей, вырисовывал в предрассветной тишине кренделя многоэтажных матюгов. Казалось, что багрово-сизый нос пьяницы принюхивается к неожиданным гостям, бессильно пытаясь понять, откуда они взялись. Красные злобные глазки перебегали с фигуры Григора к девушкам, остановились на книгах Евангелия в руках монахинь, заинтересованно расширились, увидев мерцающую чашу в ладонях Гали-Громовицы.
— Ворюги! — заорал охранник. — Украли государственное имущество! Выследили, что я на минутку отвернулся, мать вашу! А еще в монашеских одеяниях, гады! Ты смотри, контра недобитая!
— Успокойтесь, — резко оборвал его Григор. — Здесь важное государственное дело. Пойдем с нами наверх, в дирекцию Ботанического сада и там…
— Государственная дело? — отвратительно захохотал охранник. — Это я вам обещаю: оно будет государственным, когда я отведу вас, воров, в милицию.
— Я сам сотрудник МВД, — пытался унять пьяницу парень. — Вот посмотрите… — Он вытащил удостоверение в красной обложке, раскрыл перед глазами часового.
Тот с недоверием посмотрел на книжечку. Мотнул ружьем на девушек.
