Камешек (СИ) полностью

Лин

Мое имя Линард Грейвус, когда-то я был дворянином из обедневшего, но древнего рода. Сейчас я — ассасин. Я не склонен пенять на судьбу, мне нравится моя работа. Нет, я не получаю удовольствия от предсмертных хрипов живого существа, мне нравится хорошо делать свое дело. Бесшумно скользить в тенях, пробираться в неприступные крепости, смотреть из темноты на чужую беззаботную жизнь и чувствовать свою власть над ней, совершать невозможное и видеть одобрение в глазах моего старого наставника. Я лучший в гильдии. Ладно, буду скромнее: один из лучших. Это тешит мое самолюбие.

Как мог дворянин стать ассасином? Жизнь заставила. Вернее, месть. Девять лет назад я возвращался в родное поместье, погостив у дальних родственников. Со мной было всего два охранника и слуга, больше наша семья себе позволить не могла. Нам не повезло столкнуться с отрядом барона, чьи земли были неподалеку. Мне тогда было шестнадцать, на мое несчастье я, как и моя младшая сестра, унаследовал мамину красоту. Моих людей убили, а меня барон забрал себе. Какая судьба меня ждала не сложно догадаться. Пробыв у него неделю, после всего, что он со мной сделал, я уже был готов наложить на себя руки, но мне повезло. В замок забралась воровка. Обследуя комнаты, она наткнулась на меня. И пожалела. Она оказалась слабеньким магом и отправила меня телепортом домой. Я успел только подарить ей в благодарность артефакт-камешек, доставшийся мне от дяди-мага, единственное, что у меня не отобрали. На самом деле мой родственник-маг приходился мне вовсе не дядей, а прапрапра— и так далее дедом, но в моей детской голове не укладывалось, как этот молодой мужчина, по виду не старше отца, мог быть моим прадедом, поэтому я привык звать его дядей. Камешек он подарил мне на десятилетие, сказав только, что этот артефакт может выполнить любое желание, но как им воспользоваться, он расскажет мне, когда я вырасту. Рассказать он так и не успел, потому что через два года погиб. У меня иногда возникали сомнения в правдивости его слов относительно артефакта, не мог ли он подсунуть мне интригующую игрушку, чтобы стимулировать пробуждение дара? Но отец меня отругал за недоверие. Что касается моего дара: я единственный, не считая дяди, в нашей семье, у которого был обнаружен дар. Но, увы, спящий. Что только дядя не пробовал, чтобы его пробудить, пока родители не потребовали оставить ребенка в покое.

Но я отвлекся. Вернувшись домой, я соврал, что на нас напали бандиты, а я выжил благодаря тому, что через неделю разбойникам не повезло нарваться на мага, который спас меня и отправил домой. Разумеется, я не хотел, чтобы мой обидчик остался безнаказанным, но понимал, что моей семье с ним не тягаться. Отец умер год назад, поместьем управляла мать, дохода едва хватало на сносную жизнь. Нанять отряд мы бы не смогли. А жаловаться королю? Нет доказательств — раз, огласка и позор для меня — два.

Наверное, еще в замке у барона в моей голове что-то повернулось. Я не сломался, нет. Сейчас, оглядываясь назад, вынужден признать, что случившееся пошло мне на пользу. Из капризного маменькиного сыночка, отлынивавшего от уроков, под предлогом разболевшейся головы и отказывавшегося учиться обращению с оружием, потому что от него ныли мышцы и натирались нежные ладони, я превратился в целеустремленного молодого человека, жадно впитывающего знания и тренирующегося до седьмого пота под надзором старого вояки, нашего начальника охраны. Я хотел отомстить, но понимал, что сейчас мне это не по зубам.

Через полтора года умерла мать. Поместье досталось мне, но было для меня лишь обузой. Учиться здесь было уже нечему, меня ждала дорога в столицу. Я отдал поместье в приданое сестре, ее искренняя радость и благодарность стали мне наградой. Она давно уже была влюблена в сына нашего соседа, и тот отвечал ей взаимностью, но его отец не давал согласие на брак с бесприданницей. Отгуляв на свадьбе сестры, я взял немного наличных и уехал.

В столице мне повезло не сразу. Я мыкался в поисках работы, перебивался случайными заработками, велев себе забыть о своем благородном происхождении. Постепенно связался с разного рода темными личностями, выполнял различные щекотливые поручения, заработав репутацию наемника. Как-то сидя в таверне, я услышал в разговоре об одном старике, которому якобы до сих пор нет равных в бою. Я заинтересовался, попытался выяснить, где он живет и не берет ли старик учеников. Через неделю бесплодных поисков ко мне подошел нищий и предложил за монетку отвести к старику. Сейчас я понимаю, что он был подослан, но тогда лишь привычно подобрался, ожидая ловушку в ближайшей подворотне, но ничего не заподозрил. Нищий не обманул, приведя к порогу старого, но еще крепкого дома. На стук вышел седой мужчина, с жилистой, не по-стариковски гибкой фигурой.

— Что ты хочешь? — спросил он меня.

— Учиться, — честно ответил я.

— Для чего?

— Я должен отомстить, — не стал скрывать я.

— Заходи, раз так, — улыбнулся он.