Захлопнув входную дверь, мальчик сделал два шага с крыльца, как в свете фонаря перед домом возникла полная девушка с мальчишеской стрижкой. Не то чтобы толстая, но точно в размере «плюс». Та направилась к их парадному крыльцу, откуда в тот момент спускался Маю. Не став разглядывать гостью, буркнул поспешное «привет, дверь не заперта», и быстрым шагом направился к машине. Ветер донёс её ответное приветствие. Если это была Аулис, хотелось бы с ней познакомиться, но сейчас что-то неведомое подгоняло Маю поскорее забраться в теплый, ярко освещенный салон и под какую угодно музыку рвануть через темный город. К тому же давно хотелось опробовать авто, на каких разъезжают знакомые старшеклассницы.
Помещение клуба наполняли красные тона. Красное освещение, красное дерево, обделанные красной мозаикой лампы на столиках, красные стеклянные вазы с цветами. На стенах висели плазменные экраны с приглушенным звуком. Играла музыка в жанре Post-Hardcore и Trancecore, вынуждая покачиваться в такт настойчивым тум-тум. Обитые кожей удобные сиденья с мягкими, высокими спинками, в той же алой цветовой гамме, располагались таким образом, чтобы посетители за соседними столиками не могли потревожить друг друга. Гости сидели подвое, либо собирались небольшими компаниями до пяти человек. Теперь стало ясно, зачем Куисме пришлось заранее бронировать столик, – субботним вечером здесь яблоку было негде упасть. На нулевом этаже располагался зал для некурящих, здесь, на первом, соответственно, было отведено место для курящих.
Маю сел таким образом, чтобы иметь перед глазами высокую барную стойку, сейчас казавшуюся черной в задымленном помещении, на самом деле – бордовую. Девушки сидели напротив, лицами к входным стеклянным дверям, рядом с которыми словно оправдывая название заведения, возвышались алебастровые колоны.
В центре зала были устроены танц-площадки для всех желающих оттянуться под хорошую музыку. Маю и сам неоднократно ловил себя на том, что, не увлекаясь подобным направлением, все равно отбивает ритм ногтями на гладкой поверхности стола.
Куисма привела с собой подругу, имя которой забылось сразу после знакомства, а спрашивать второй раз уже было неудобно. Девушка оказалась очень зажатой и немногословной, впрочем, Маю тоже не был склонен сейчас к откровенности. Подруга не выглядела уродиной, но и красивой её назвать было нельзя, – просто обыкновенная девчонка со стрижкой каре и контактными линзами, о чем она сама и сообщила. Лиловое платье на её худощавой фигуре сидело не очень хорошо, тонкие бретельки постоянно соскальзывали с плеч. Девушка то и дело сводила разговор к своей неловкости, честно признаться, уже минут через сорок их знакомства Маю эта её излишняя придирчивость к самой себе начала раздражать. Длины платья девушка стеснялась, оправляла короткую юбку, оттягивала кожаный пояс вниз, то разглаживала складки. Спрашивается, если тебе так неудобно в этом платье, зачем было его надевать? Именно по этой причине она отказалась танцевать, впрочем, Маю сам не горел желанием.
Подруга Маю выглядела роскошно в пурпурном платье с короткой расклешенной юбкой, воздушными лепестками ниспадающей на бедра, и будь Маю её парнем, не позволил бы Куисме появляться в таком компрометирующем наряде в компании одноклассника, но девушка не тревожила в душе невидимых струн, сладостного томления от её вида Холовора также не испытывал.
Сразу стало ясно, что Куисме не впервой выбирать напитки в здешнем баре, она и бармена называла по имени. Не сговариваясь, девушки заказали три порции «Кровавой Мэри» и сладкие закуски. Второй девчонке было восемнадцать, что сыграло им на руку: они могли без труда передвигаться по улице и имели свободный доступ к спиртным напиткам.
Маю посчитал хорошим знаком то обстоятельство, что Куисма пригласила именно эту девушку, как ни странно, её скованное поведение вселяло в него уверенность.
В восторге оттого, что согласился на эту авантюру, Маю предложил тост:
– Кто выпьет со мной за простые человеческие слабости?
Куисма наклонилась вперед, демонстрируя глубокий вырез.
– Я выпью с тобой.
Подружка молчаливо последовала за девушкой, подняв свой бокал.
Маю стало интересно, как далеко они втроем готовы зайти – конечно, без подзарядки Маю не позволил бы себе ничего подобного. Теперь происходящее превратилось в увлекательную игру.
На моменте, где песня особенно распалялась, Куисма согнула локоток и покачала кулаком, кивая головой под музыку. Крупные красные браслеты на тонком запястье звякнули друг о дружку.
Говорили они мало, в основном про то, как на головы актеров опрокинулись ведра смолы. Потом эти вёдра всё же удалось отвязать, но откуда они взялись, было неясно. Когда смола хлынула на сцену, на мостиках никого не было, но привязанный к каждому ведру тонкий канат тянулся вниз, за сцену – таких канатов завхоз раньше не видел в их школе, вероятно, злоумышленник принес их с собой. Кто-то просто дернул за канаты, и ведра перевернулись. Маю не сомневался, что в происшествии замешан его брат со своим дружком.
