Вспомнив детские эксперименты с клеем, Сатин расхохотался в полный голос. Огнецвет тоже ухмыльнулся.
На самом деле, это больше походило на нервный смех. Уняв который, обхватил голову друга за затылок и прижался своим лбом к его.
Внутри как будто сжималась и разжималась невидимая пружина. То всё обмирало, и оставалась лишь серая проза жизни, то наоборот, сердце начинало стучать так быстро, будто предстоял прыжок с вышки. Появление Яри поселило в душе странную смуту. Как только вертолет сел на огороженную площадку на заднем дворе Лим-Сивы, сильно захотелось есть, теперь же, по прошествии часов двух, от одного взгляда на еду по горлу поднималась волна тошноты. Лицо горело, разве что пар не валил, но в зеркале оно было даже слишком бледным, и каким-то блестящим, точно он уже был болен. Грудь одновременно распирали плач и смех. Извертевшись в кресле, Сатин откинул голову назад и уставился в потолок. Жесткая спинка сиденья впивалась в затылок.
Почему он испытывает всё это – было ясно и так. Яри претендовал на место Тео, и у Сатина не было ни одной причины, по которой, выходило бы, что парень не справится с предложенной работой.
Бас-гитара – больное место.
Шенг он привел в их группу сам, буквально выловив в море счастливо визжащих при виде Сатина детишек, – очередного пацана из многочисленной китайской семьи. А Яри попал к ним через агентство. Это не одно и то же. Совсем… Неожиданная болезнь Рабии, сегодняшний разговор с Маю, скорые перемены в группе – всё это казалось почти непреодолимым испытанием на прочность.
– Вас, знаменитые парни из «Храма Дракона», я представлял иначе, – сказал Яри, когда Сатин потягивал мартини со льдом. А если говорить откровенно – глотал, не чувствуя привкуса.
– А что, мы такие же люди из народа, как и все, – усмехнулся Лим-Сива.
Сатин устроил голову на спинке кресла таким образом, чтобы видеть лицо басиста.
– Почему бы тебе не снискать удачи где-нибудь в другом музыкальном коллективе, судя по твоему становлению как музыканта, с этим не возникло бы трудностей?
– Это дело предпочтений, – спокойно ответил парень, даже слегка улыбнулся. – Мне нравятся ваши песни и сама концепция выступлений – тоже. А вам требуется басист.
Похер на группу, здесь, похоже, прекрасно справляются и без него… Он старался гнать мысли о Шенг всё последнее время, только сейчас осознав, что из-за этого своего отторжения сам превращается в неврастеника.
– Если вам нужен еще клавишник, я могу поспособствовать, – предложил Яри.
– Спасибо, мы в курсе, что нам следует делать.
Холовора взял со столика третий или четвертый бокал.
– Тебе не пора подышать свежим воздухом? – сидевший в соседнем кресле Велескан облокотился на левый подлокотник.
– Рот закрой, – отозвался равнодушно Сатин, заглатывая алкоголь.
Велескан встал из кресла, шаркнув деревом по полу.
– Давай-ка обговорим тут рядышком.
Их тандем привлёк внимание всех сидящих. Ребята не сводили глаз с того, как Вел ставит его на ноги.
– Руки прочь, да? – взбесился Холовора, отталкивая второго.
Машинально захватил с собой досье и ручку. Велескан потянул его в коридор. Желудок скрутило в спазме, и во рту появилась горечь. Шатаясь, Сатин побрел в сторону ванной, где навис над унитазом, сблевывая коктейли и что он там еще успел выжрать…
Велескан присел на край ванной, так и не зажигая света, с приоткрытой дверью они торчали в ванной минут двадцать.
Пока Сатин горбился над унитазом, Вел что-то бормотал про его не то «дебилизм», не то «эгоизм». А потом склонился вперед, опустив ладонь на спину. Её приятная тяжесть дала немного расслабиться. Отдышавшись, Сатин ощутил сладкий запах чего-то приятного, как будто старых книжных страниц. Неплохой освежитель воздуха.
– Что не так?
– Всё так.
– С чего ты привязался к этому парню? Мы не можем без басухи. Как ты себе это представляешь?
Сатин оперся одной ладонью о сиденье унитаза, другой – собрал растрепанные волосы и отбросил на спину.
– Ты забыл, что нам нужны новые ребята? Сатин, рано или поздно нам придется выйти на сцену с измененным составом. Нам повезло, что не пришлось расходовать собственные ресурсы на поиск музыкантов, а предоставили заниматься этим наше агентство.
– Я не забыл… – Холовора тщательно вытер губы тыльной стороной ладони. – Я как на бочке с порохом… Считал, что когда время придет и нам предстоит выбрать кого-то другого, мне будет проще.
Частое дыхание удалось умерить, однако горло стягивало так, будто он и в самом деле готов был всхлипнуть.
Велескан зачерпнул горсть его волос и пропустил между пальцев.
– А я до сих пор не могу очнуться, – признался Сатин.
Вел гладил его по спине, по волосам, как когда-то очень давно, в школе.
– Разве это моя вина?.. Тогда почему он так со мной? Бабушка купила ему такую же пижаму, как у меня, будто бы и вправду мы одна семья, а потом отругала, что он осветлил волосы, хотя я всегда говорил ему, что для меня цвет волос роли не играет… а, знаешь, что он сказал?..
– Нет.
