Подросток умолчал о том, что Сатин исчез вскоре после того, как ему стало известно об увлечении Маю старшим братом. Давно преследовал вопрос: а случилось ли что с ним, не стань тогда Сатин свидетелем падения собственного сына?
Пришлось замолкнуть и расцепить руки. Догадываясь, что сейчас их потеснят, братья расступились.
В лифт ввалился мужик из квартиры сверху – Маю как-то видел его на лестничной клетке, смолящим дорогие сигареты. Их соседом оказался небритый мужик в штанах с подтяжками и серебристо-серой шелковой рубахе. Эваллё вежливо поздоровался, в ответ тот выпучил глаза, разглядывая парней. Его широченный рот то и дело расползался довольной ухмылкой. Поднимались они молча, потому что ни русский, ни братья не могли подыскать общий язык. Мужик подпирал стенку рядом с Эваллё, фактически повернувшись к дверям спиной и перегородив путь к отступлению.
– Приехали, – эффектно улыбнувшись, пробасил мужик, всё так же пялясь на юных соседей. К сожалению, говорить он мог только по-русски. – Десятый, кто заказывал? А я – вверх, – зачем-то указал на потолок.
Парни не издали ни звука. Эваллё демонстративно расстегнул пуговицу на переднем кармане куртки, достал помаду и подкрасил свои губы. В воздухе повис сладковатый запах облепихи. Улыбка сползла с небритого лица. Маю думал, что сейчас не выдержит и расхохочется. Причмокнув губами, Эваллё сладко улыбнулся брату, потом послал мужику лучезарную улыбку и блеснул зубами.
Когда двери лифта закрылись, Маю привстал на цыпочки и прикусил нижнюю губу Эваллё, отдающую облепихой.
Эваллё отклонился от поцелуя и притиснул мальчика к ближайшей стене.
– Н-не сейчас… За дверью… услышат.
Охочий до ласк брата Маю уже шарил голодными руками по желанному телу. Упираясь ладонями в дверь по обе стороны от его пылающего лица, парень задрал правое колено. Месть за баню. Сухое дыхание Эваллё царапало губы. Колено настырно коснулось промежности, подсадило. Мальчик приподнялся с пяток на мыски. Внизу горело, только без боли.
– Наша квартира… если кто выйдет… – лепетал Маю, смутно сознавая, что риск только усиливал возбуждение.
Парень подвигал коленом, раздражая жидкий огонь внутри. Накрыл пальцами. Спина прогнулась, и Маю вжался затылком в стену. Кожа по всему телу одновременно покрылась мурашками и вспотела.
– Раскаленный… – выдохнул Эваллё в лицо.
Чтобы отвлечь брата, Маю тронул колечко в его ухе и слегка потянул.
– Проколешь мне ухо?
– Я проколю тебе всё, что захочешь, – Эваллё занял пристойную позу, но плотоядное выражение с лица не стер. – Сделаю столько дырок, сколько тебе будет угодно.
– Такие забавы могут быть опасными, – Маю бросил взгляд через плечо на темную дверь с блестящим золотым номером. Лучше бы им не искушать судьбу. – Я хотел сказать, там соседи могли услышать.
– Извини, не смог удержаться, ты сильно пахнешь, – парень смотрел прямо перед собой, похоже, силился взять мысли под контроль.
Пальцы легли на бледную горячую щеку Эваллё. Касаться лица своего брата, это было так естественно.
Следующий поцелуй случился рядом с их квартирой. В то время как Маю норовил справиться с замком, Эваллё вперемежку с жарким шепотом, рассказывая, что сделает с братом в следующий момент, ласкал его живот под свитером. Прямо напротив маячило мигающее изображение Санта-Клауса, застывшего в угарном танце с оленями. Юмор сестренки, не иначе.
Загудел лифт.
Едва за ними закрылась дверь, как в коридоре нарисовалась Тахоми. В прихожей пахло туей – новым освежителем воздуха.
– Экскурсия закончилась вчера, а уже обеденное время, – прохрипела женщина, наверняка, опрокинув не одну стопку сакэ. – Что же вас так задержало? Маю, у тебя голова на что? Шапку носить? – она потерла висок и забрала у подростка куртку. – А ты, его старший брат, должен был хоть как-то повлиять. Чем вы только занимались всё утро?! Телефоны отключены!.. Ну, как вы не поймете?! – она стервозно насадила на крючок куртку. – Теперь отвечаю за вас я. А, поди, узнай, где искать вас ночью… Вы именно так хотели начать этот год, да?
По тетиному лицу Маю стало ясно – под словами «начать год» Тахоми подразумевала не просто отрезок времени, а, возможно, всю их последующую жизнь в Японии.
Она покачала головой.
– Мы для этого переехали? Валять дурака?
– Тахоми… – неуверенно начал Эваллё.
– Нет, ты послушай меня, – она рубанула ладонью воздух. – Конечно, Япония – одна из самых безопасных стран, но это не означает, что вы наделены правом искать неприятности! Где вы были? Мне ни слова!..
Эваллё не позволил тёте повесить свою куртку. Невозможность заботиться о племяннике подействовала на неё как удар в спину.
– Мне нужно было в полицию позвонить? Имейте в виду, если что-либо подобное произойдет, не рассчитывайте на моё сочувствие! Конечно, я понимаю, ты бы позаботился о брате, но, мой боже, Маю всего шестнадцать! Он не знает языка! Случись с ним что, как бы ты выпутывался? Где-угодно в клубе тебе могли продать алкоголь, тебя бы мигом развезло, кто бы тогда подумал о Маю?
