Камнерожденный полностью

Сухие дома, крыши, которых в силу дороговизны и недоступности не были покрыты черепицей, под дуновением небольшого прибрежного ветерка вспыхивали быстро. Если бы пожар заметили сразу, то его была бы ещё возможность быстро потушить, но людям разгорячённым схваткой в тот момент было точно не до этого. Они даже, казалось, не замечали разгорающегося пламени, обильно режа, и убивая друг друга, ну, а потом уже стало поздно. Огонь, подобно эпидемии, начал перекидываться на соседние здания, и его было уже так легко не остановить.

Видя пламя, пираты на время отступили, а северяне смогли перевести дух, начав оттаскивать с поля своих мёртвых и раненных.

«-Теперь оставалось лишь как-то уговорить этих снобов», — тихо пробурчал про себя Кортни, чтоб его никто не услышал, с облегчением в глазах наблюдая за делом рук своих.

Жаль, правда, что сам Кортни, да и вряд-ли, кто-либо вообще ещё, мог предположить к каким же неожиданным последствиям, в итоге, могут привести его необдуманные действия. Всего одно из зданий, небольшой склад, который в силу его убогости обошли стороной северяне и такие последствия. Или может всему виной сами пираты, что ещё парой месяцев назад ограбили один из кораблей иббенийцев, украв их товар. А может всё дело в одном торговце из Солнечного Копья, который из-за войны побоялся плыть в Пытливый, за каким-то десятком никому не нужных бочек? Никто не знал.

Но к неудаче новоявленного поджигателя всё случилось именно так, моржовый жир под действием высокой температуры и кислорода резко вспыхнул, создав что-то наподобие вакуумного взрыва. Образовавшаяся волна снесла сам склад и подпалила своими осколками всю округу, в том числе и один корабль незадачливого интриганта…

Первое, что я ощутил, после своего пробуждения, была мягкость, такая позабытая и далёкая. Это было просто не передаваемое чувство, после шестнадцати лет лежания на звериных шкурах и сене, а иногда даже просто на голой земле, очутиться на обычном матрасе. Для кого-то всё это, конечно, может показаться моей глупостью, блажью, но только не мне, тому, кто подсознательно стремится остаться всё тем же землянином, выходцем из далёкого будущего не этого мира. Так что, когда вернусь обратно на остров, нужно будет сделать себе аналогичный лежак.

«-Я в раю!» — невольно пронеслось в моей голове от переполнявших эмоций. Это сладкая нега, которой можно наслаждаться часами, просто непередаваемое чувство. Жаль, только, что оно слишком быстро исчезло, мой всё ещё дремлющий мозг как-то слишком остро воспринял для себя брошенную фразу.

«- Стоп! Как в раю?» — пронеслось у меня в голове, сразу выведя из утренней дрёмы, а вместе с тем под действием всех тех шестерёнок в мозгу вдруг резко пришло и осознание.

Бурным потоком нахлынули вчерашние воспоминания. Приглашение от пиратов. Откровение служанки. Побег. Забег по городу. Кровь. Крики. Звон ударяющихся оружий и мой героический штурм цитадели, а затем темнота? Видно отрубился от перерасхода сил или незамеченного ранения. И стоило лишь об этом подумать, как вдруг мою левую руку прострелило сильной болью, а тело налилось свинцом. Каждая мышца ныла, я чувствовал слабость, разливающуюся по моим жилам, словно циркулирующая кровь.

«-Точно в меня ж стрела попала!» — вспомнил я смутные детали прошедшего вечера. И, правда, чуть выше локтя виднеется явно заметная слегка припухшая рана. В тот момент я не придал ей особого значения, но должно быть зря. Всё же моё усиление помимо очевидных плюсов имеет и скрытые минусы. Одним, из которых является и более быстрый метаболизм с ускоренным кровообращением, благодаря которому я умудрился, и истечь за столь малый срок кровью. Но крепость всё же мы взяли, а значит, всё это было не зря.

Так подождите, а где я собственно говоря сейчас нахожусь?

Вокруг были чьи-то богатые хоромы, явно принадлежащие какому-то богатому лорду. Что-то похожее я видел лишь у Савелли из Браавоса и, собственно говоря, вчера в главном зале донжона. Ну, а раз мы его всё же предположим, взяли и до сих пор удерживаем, то и эти покои находятся там же и раньше принадлежали одному из местных шишек. Звучит логично…

Что-ж, с этим вроде как разобрались, и теперь остаётся лишь разведать местную обстановку. Так, если смотреть по солнечному свету, что пробивался сквозь узкое окно, оставляя причудливые блики на каменной кладке, можно с уверенностью заявить, что сейчас был день или даже позднее утро, а это значит, что провалялся я в кровати около 8−10-ти часов — более чем внушительный срок в здешней быстроменяющейся обстановке. Так что лучше слишком долго здесь не разлёживаться, а то мало ли что.

Кое-как поднявшись сквозь протесты своего бренного тела, я с трудом поставил ноги на холодный каменный пол, ощутив, как дрожь пробежала по позвоночнику, а в голову ударило лёгкое головокружение.