Зубин рассмеялся и объяснил, что настоящего её имени никто не знает, просто Брюс однажды, то ли в шутку, то ли всерьёз, назвал её Große Gefährliche Dame. По моей просьбе Зубин перевёл это как «очень опасная женщина», а затем уточнил, что в то время была мода на сокращения, вот и сократили до первых трёх букв. Получилось новое оригинальное имя — Гигида. Очень ей подошло…
Загадочный человек этот Зубин. Я до сих пор не мог понять: он действительно настолько простой, или же, напротив, очень хитрый и умный. Вот и сейчас, как бы между делом, обмолвился, что «в то время была мода сокращать слова». Если вспомнить, то у нас в стране подобное происходило только один раз за всю историю. НКВД, ВДНХ, МХАТ, ГТО, ВЛКСМ — такие аббревиатуры появились после революции, почти сто лет назад. Это он специально намекает на их возраст или случайно проговорился?
— Не могли бы вы припомнить все обстоятельства её исчезновения, — попросил я Зубина, — были у неё недоброжелатели, а может, с кем-то поссорилась или обидела?
На этот раз Зубин смог меня удивить!
Отвечая на мой вопрос, он умудрился так запрятать в ответ новую информацию, что я вновь остался в недоумении: простой или хитрый… Но сама информация оказалась абсолютно неожиданной!
— Мы же обычно друг с другом не пересекаемся, — начал он, — только если формулировка Совета подразумевает взаимодействие…
Меня привлекло слово «Совет». Зубин интонацией настолько его выделил, что стало понятно — это не та обычная ситуация, когда Брюс помогает советом людям своего круга. Прямо спросить об этом я не мог, чтобы не показать свою… как бы это помягче назвать… крайне низкую информированность в их делах. Одно было понятно: вся их организация для меня — «тёмный лес» и что там конкретно происходило, тоже.
Конечно, на будущее, я для себя отметил, при случае выяснить, что это за «Совет», и кто его даёт, а главное, почему формулировка может что-то подразумевать? Ведь советы дают, чтобы помочь, и они должны быть максимально понятны, а если, получив совет, пытаешься понять, что подразумевает его формулировка… то это уже напоминает мне визит к Дельфийскому оракулу. Там пифия произносила бессвязные речи, а жрецы толковали их на своё усмотрение.
— Лет сорок назад — продолжил Зубин, — я из разговоров со слугами Брюса сделал вывод, что Гигида приняла ухаживания Петра Алексеича, но потом Камень выдал все варианты без неё, что однозначно говорило о необходимости устранения…
Так, ещё один загадочный момент… Возможно, этот странный «Камень», выдающий варианты, как-то связан с тем самым «Советом», формулировки которого что-то там подразумевают. Надо будет при случае и это тоже выяснить.
— Насколько я помню, — Зубин на секунду задумался, — примерно тогда Брюс и решил перенести свою Резиденцию в Воронеж, а вот насколько эти события связаны…
Вот и ещё одна зацепка. Теперь надо выяснить, откуда он её перенёс.
— А до этого где… — начал я, но Зубин решил не дожидаться, пока я произнесу всю фразу. Похоже, ему нравилось, что наконец появился человек, с которым можно поговорить о том, о чём до этого он был вынужден молчать.
— Да прямо тут, — сквозь смех проговорил мой собеседник, — раньше это была окраина Гельсингфорса. Уже позже, когда Брюс решил переезжать, Камень дал мне Совет, и я построил тут свою цитадель.
Тут я сразу вспомнил, как Сашка этим словом называл столицу Финляндии. Теперь уже ясно, что не только Брюс отличается долгожительством.
Например, я тоже, одну из остановок в нашем районе до сих пор называю «Дружба», хотя там давно вместо кинотеатра с таким названием находится супермаркет «Лента». О чём это говорит? Да о том, что я жил в то время и ходил туда смотреть фильмы. Отсюда вытекает очевидный вывод, что Зубин, используя старое название Хельсинки, невольно подтверждает нашу с Сашкой версию о тайном клане, члены которого живут намного дольше нас.
Осталось выяснить, что это за люди. Да и люди ли это…
Хельсинки, Финляндия — Санкт-Петербург — Комарово, РФ, планета Земля
Перед уходом я договорился, что буду сообщать Зубину обо всём, что мне удастся выяснить. Не то, чтобы я чувствовал в этом потребность, но и прямо попросить номер телефона было бы слишком грубо. Найдя нужный повод и озвучив его, я сделал так, что владелец корпорации Snear сам протянул мне визитку с нужной информацией.
Заодно я поинтересовался, в каком парке Санкт-Петербурга он встретил Гигиду. Названия парка Зубин не знал, но примерно рассказал, как туда можно пройти. На данном этапе мы попрощались и я второй раз за сегодня покинул этот странный кабинет, но теперь уже в нашем мире. Секретарь проводил меня до лифта, а дальше уже знакомый сотрудник обеспечил мне беспрепятственное передвижение по всем этажам и коридорам до выхода.
