— Нет, не видела, — призналась медсестра. — Но что тут такого? Рабочие у нас часто меняются.
— Значит, пожилой, но стройный… А вы смогли бы узнать этого человека, если бы снова увидели?
— Узнать… Тут есть трудность, — призналась медсестра. — Он ведь в маске был. У нас снова вводят масочный режим, потому что ковид опять стал распространяться, но пока не обязательно, а добровольно. Так вот этот рабочий носил черную маску, которая закрывала нос и рот. А еще у него борода такая заметная, как у Карла Маркса на портретах. Так что по бороде я его сразу узнаю.
Гуров и майор Старцев переглянулись. Оба подумали об одном: нет более надежного способа скрыть свою истинную внешность, чем надеть фальшивую бороду, закрывающую лицо. А еще маска…
— А еще он, наверное, был в очках? — предположил Гуров.
— Нет, без очков, — отвечала медсестра. — Голубоглазый такой, это я запомнила.
— Что ж, вам придется проехать с нами в горотдел полиции, — сказал сыщик. — Там мы запишем ваши показания относительно визита в вашу больницу этого «рабочего» и с вашей помощью попробуем составить его фотопортрет.
— Зачем же его портрет составлять? — искренне удивилась женщина. — Вы спуститесь в наш хозотдел, там его и увидите…
— Мы, конечно, побываем в вашем хозотделе, — отвечал Гуров. — Но, уверяю вас, никого, похожего на «голубоглазого рабочего с бородой», мы там не найдем. Так что придется нам его поискать… Но сначала давайте мы у всех вас, кто бывал в палате № 102, возьмем отпечатки пальцев. Начнем с вас двоих…
Разумеется, сыщик оказался прав: начальник хозяйственного отдела больницы Герман Станиславович, выслушав рассказ медсестры, искренне удивился этому рассказу.
— Никого я не посылал в ваше отделение обследовать систему отопления, — заявил он. — Ни вчера не посылал, ни третьего дня. И рабочего такого у нас нет, как вы описываете. У нас всего четыре человека работают, я их всех могу представить, и никого с бородой среди них нет. Тут вы что-то путаете.
— Вот видите! — обратился Гуров к медсестре. — Так что придется вам все же проехать в горотдел, попробуем составить фотопортрет этого незнакомца.
Но, прежде чем уехать с сестрой в горотдел, Гуров обратился к Юрию Егорову.
— Как видите, мы приехали сюда не напрасно, — сказал он. — Кто-то неизвестный проник в палату вашего отца, когда вас двоих там не было. И мы знаем, с какой целью он туда проник: чтобы взломать телефон вашего отца, получить к нему доступ, возможность манипулировать его мыслями и действиями. Сейчас мы начнем искать этого человека. Но одновременно нам надо выяснить, не пробовал ли он действовать и через ваш телефон также. Поэтому я вас попрошу разрешить нашему специалисту по телефонии исследовать ваш аппарат.
Было заметно, что Юре очень не хочется давать кому-то незнакомому доступ в свой телефон. Но Гуров только что на его глазах продемонстрировал, что злоумышленник, поссоривший его с отцом, — реальное лицо, что он был здесь, в больнице. Тем самым сыщик смог завоевать доверие Юрия. И он, после некоторых колебаний, согласился. Они с лейтенантом Парамоновым сели в вестибюле больницы, и специалист погрузился в глубины сим-карты Юриного телефона. А Гуров с майором Старцевым, посадив в машину еще и медсестру, поехал в городской отдел полиции.
Здесь его уже дожидался капитан Соловьев, который жаждал рассказать об итогах проверки пенсионера Карманова. Однако Гуров его остановил.
— Чуть позже все расскажешь, капитан, — сказал он. — Сначала проводи майора Старцева к его здешним коллегам — ему срочно нужно провести анализ полученных в больнице отпечатков. А еще проводи вот эту даму, медсестру той же больницы, к специалистам по составлению фотороботов. А уже потом мы с тобой где-нибудь уединимся, и ты мне расскажешь про Карманова. А я тебе расскажу о новом направлении расследования, которым мы сейчас занимаемся.
Видно было, что у капитана имеется множество вопросов — его прямо распирало от желания спросить, что за новое направление расследования, о котором ему ничего не известно, и чьи это отпечатки, и чей фотопортрет надо составлять, — но Соловьев хорошо знал, что такое дисциплина, и потому молча пошел выполнять распоряжение Гурова. А сам сыщик поднялся в кабинет начальника горотдела — традиция требовала от него представиться полицейскому руководству города, в котором он начал собственное расследование. Начальник полиции Тольятти принял сыщика радушно и был готов выслушать подробный рассказ о деле, которым тот занимался. Но Гуров не был склонен тратить время на долгие разговоры, да и у местного руководителя была куча дел, так что они ограничились тем, что выразили друг другу взаимное уважение, и на том расстались.
Тут как раз появился капитан Соловьев, который успел пристроить и криминалиста, и медсестру и теперь был готов докладывать о своих успехах.
— Я тут хотел кабинет получить во временное пользование, — сказал он сыщику. — Но у них теснота, помещений не хватает. Может, вы сходите к руководству еще раз, попросите кабинет?
