Это не совсем согласуется со словами Филипа, подумал я. Сам он говорил о том, что намеревался получить одобрение Феттиплейса и потом только повидаться с Эллен.
— Если бы Эллен согласилась, он привез бы ее вместе с мастером Феттиплейсом в наш дом, — сказала Беатрис. — Филип также сообщил, что с ним едет друг. Посему мы все приготовили к их прибытию. Это было девятого августа, дату эту я вспоминаю каждый год.
— Дату пожара.
Наделив меня внимательным и задумчивым взглядом, старая женщина подошла к табурету и тяжело опустилась на него. На лице ее проступила огромная усталость, но она продолжила:
— Мы с покойным мужем были дома, приготовив лучшее вино в ожидании праздника, хотя, по правде говоря, надеялись, что Филип приедет без этой девушки, что Эллен Феттиплейс откажет ему. Но шли часы, уже стемнело, а никто так и не появился. Нам оставалось только ждать. Затем, ближе к полуночи, появился Филип. Мой бедный мальчик, он так радовался тому, что служит при дворе короля, был таким полным жизни и энергии! И вот вся радость сразу оставила его, он сделался раздавленным, уничтоженным… — Мистрис Уэст на мгновение примолкла. — И испуганным.
Итак, подумал я, девушка отказала ему.
— Неужели Эллен ответила отказом? — спросил я вслух.
Дама покачала головой:
— Нет. Филип не встречался в тот день с Эллен: он ничего не знал о пожаре. Дело в том, что случилось нечто другое, еще более страшное, отчего замерзла его кровь и застыла наша, когда мы узнали об этом. Мастер Шардлейк, этот самый его друг предал его. По пути, в нескольких милях до Рольфсвуда, они остановились, чтобы выпить в сельской гостинице. Там они поссорились. Филип бывает ужасен, если его раздразнить. Ничего особенного, дурацкий спор из-за каких-то лошадей, но дело дошло даже до драки.
— Подобные ссоры нередки среди молодых людей.
— После драки приятель Филипа обложил его крепкими словами и сказал, что возвращается в Петуорт. Потом мой сын понял, что он наверняка подстроил ссору, так как вскоре после этого, продолжив свой путь, Филип обнаружил, что письмо короля пропало. Он хранил письмо на своем теле. A друг, как выяснилось, подвизался в свите королевы Екатерины. Должно быть, она каким-то образом узнала о письме и воспользовалась этим адвокатом как одним из своих шпионов.
— Итак, его друг выкрал письмо от короля Анне Болейн? — спросил я недоверчиво. — Чтобы передать его Екатерине Арагонской? Он рисковал своей жизнью!
— Ну, королева защитила бы его. Она была известна своей благодарностью слугам.
Внезапно мне как будто бы кто-то сказал на ухо: «Уорнер, солиситор нынешней королевы». А кто в 1526 году мог быть молодым адвокатом на службе у другой королевы? Сердце мое заколотилось.
— Филип поначалу решил, что выронил письмо во время драки. Он бросился обратно в гостиницу, но никаких следов письма не обнаружил. И поэтому поскакал назад ко двору, чтобы сообщить королю об утере письма, — рассказывала тем временем Беатрис.
— Но его ведь украли…
Мистрис Уэст нетерпеливо тряхнула головой:
— Мой супруг посоветовал ему сказать, что он потерял письмо. Ну, как вы не понимаете? Лучше, чтобы король думал, что письмо потеряно, чем считал, что оно уже находится в руках королевы Екатерины. Муж даже сказал Филипу, что не хочет слышать имени его спутника: так будет безопаснее для нас, если оно не будет нам известно. Однако предстоящее расследование потребует от Филипа сведений о его местонахождении в ту ночь, и тогда ему придется назвать имя подозреваемого. Этот человек — его алиби. — И она добавила с ядом в голосе: — Пусть, наконец, заплатит за свое преступление!
— Боже мой, возможно, в этом письме говорилось о намерении короля жениться на Анне Болейн! — воскликнул я. — Если Екатерина Арагонская узнала из него о намерениях короля, это могло бы объяснить ее возражения против развода. Мадам, если король узнает о лжи вашего сына, последствия для него могут оказаться печальными даже сейчас!
Пожилая женщина всплеснула руками:
— Пусть лучше станет известна беспечность моего сына, чем его обвинят в убийстве! Я думала об этом всю ночь, мастер Шардлейк. И приняла решение.
Она смотрела на меня, дожидаясь ответа. Теперь я мог понять ее нежелание сперва выкладывать эту историю Батрессу.
— Итак, ваш сын не видел Эллен? — уточнил я.
— Нет. Он провел ночь у нас, а утром встал очень рано и поскакал назад в Петуорт. Известие о пожаре тогда еще не дошло до нас. Королю Филип сказал, что потерял письмо по дороге. Его, конечно, прогнали со службы. И тут гонец привез ему известие о пожаре в плавильне. Сын немедленно вернулся домой и поспешил увидеться с Эллен, но она не захотела его видеть. Мы с мужем молили его оставить эту девушку в покое, но он настаивал на своем до тех пор, пока ее не увезли.
Я посмотрел на собеседницу. Впервые она опустила глаза. «Да, это ты в компании с Приддисом устроила, чтобы Эллен поместили в Бедлам», — понял я.
Мистрис Уэст продолжила:
