– Я как дрессированная собачка бегу по первому зову, а сама не могу ни позвонить, ни написать, это же не нормально! – думала Саша, глядя в ночь на далекие огни. И беда в том, что этого не изменить.
***
Флавио, появился на следующее утро. Он рассказал, что Паскуале Сальватори отправили в камеру, но карабинеры не будут пока передавать дело в суд, хотя есть и улики, и мотив…
– Какой мотив?
– Он был влюблен в девушку, и если та сказала, что он ей не интересен, вот тебе и мотив. Но я готов продолжать расследование. Если за пару дней мы не найдем улик в отношении другого лица, прости но я передам дело в суд. А ты не имела права обещать монаху, что его освободят. Где ты его, кстати, встретила? Он не признался, где скрывался, говорит, в подземельях, но для этого он слишком чистый и сытый.
– Встретила на улице, случайно. Пойдем обедать? – И Саша тихонько подтолкнула карабинера в нужном направлении. – Вы перевели дневник Бритты?
– Официальный перевод займет время, но переводчица прочитала его нам. Ничего интересного. Всякие мысли о жизни, о мужчинах, о взаимоотношениях с отцом.
– А где ее отец? ты же говорил, что мать умерла три года назад, а про отца ничего.
– Мы ничего и не знаем. В документах о рождении указана только мать.
Саша пришла в голову интересная мысль, но она не хотела пока ничего говорить Флавио. – Скажи, а у вас есть информация, куда последние несколько лет летал Дженнаро Палумбо? В другие страны, в смысле.
– Да, поездки боссов кланов отслеживаются.
– Ты можешь узнать, часто он летал в Швецию?
– Хорошо. Ты думаешь, он собирается развивать там свою деятельность и Бритта с этим связана?
– Не знаю. Но ты проверь, ладно?
– Флавио! – раздался женский голос с другой стороны улицы. Девушка в розовых брюках радостно махала им руками.
– Ну, что же ты? Иди, поздоровайся.
– Я сейчас. – Флавио подошел к девушке, пока Саша садилась за уличный столик. Она наблюдала со стороны, похоже, примирение не состоялось: девушка раздражена, Флавио резок, карабинер коснулся плеча Кристины, но та сбросила руку, развернулась и скрылась в кафе.
Капитан вернулся за столик.
– Извини. Бардак какой-то.
– Что случилось?
– Я же сказал тебе, что все кончено. И теперь сказал это ей. Она не хочет понимать.
– Она влюблена.
– Алессандра, она мне нравится. Но мы не пара. Я карабинер, ее семья владеет кафе, значит связана с Каморрой.
– Stronzo ты!
Девушка снова вышла из кафе, но направилась не к ним, а к другому, дальнему столику.
Пули ударили внезапно. Саша не поняла, что это за хлопки, когда Флавио швырнул ее на землю. Женщина с сумкой, шедшая по улице, упала и завопила дурным голосом.
Карабинер, держа в руках «беретту», лежал рядом с Сашей и внимательно смотрел по сторонам, на окна, балконы. Нигде ни одного человека, даже в окнах ни одного любопытного лица. Где-то захлебывался плачем ребенок.
Флавио поднялся, отступил назад, все еще направляя оружие на окна. Рядом медленно поднялась Саша.
На мостовой, раскинув руки, лежала Кристина. Лужа крови расплывалась вокруг…
Капитан бросился к девушке, пощупал пульс. Схватился за телефон. Вскоре завыли сирены, появились карабинеры и медики.
– Она еще жива, я поеду с ней в больницу.
– Позвони обязательно, хорошо?
***
Капитан позвонил через несколько часов, уставший и расстроенный.
– Кристина пока не приходила в себя. Она в реанимации.
– Мне очень жаль… я понимаю, как тебе тяжело.
– Алессандра, я не любил ее. Вернее, не люблю. Но это из-за меня в нее стреляли.
– Как это из-за тебя?
– Я же говорил, что ничем хорошим это не закончится. Семья Кристины имеет отношение к одному из кланов. В их среде не прощают отношений с карабинерами или полицейскими. Жгут дома, стреляют, чтоб другим было неповадно.
Саша боялась задать следующий вопрос.
– А к какому клану они относятся? – И с надеждой прошептала: – Палумбо?
– Нет, – внутри у девушки все застыло. – Это небольшой клан Капуто. Я из-под земли достану стрелка!
Гора с плеч упала.
– Кстати, я проверил выезды Палумбо. Он часто летал в Швецию, несколько раз в год. Но нет никаких данных, что у него там деловые интересы. Может, не срослось, потому что в этом году он не был в Швеции.
– Потому что Бритта в этом году жила в Неаполе, – подумала девушка. но ничего не сказала. Пока не время, а может, оно не придет никогда.
Распрощавшись с капитаном, она забила в поисковик имя Гаэтано Рудджеро, а рядом слово «ангел». И зависла надолго, открывая один сайт за другим.
Гаэтано Рудджеро окружал себя только доверенными лицами, с которыми вместе рос. Он начал свою деятельность очень рано, в самом густонаселенном районе Неаполя, где Каморра не вызывает неодобрения, а является частью повседневной жизни. Он получил прозвище «Романо», Римлянин, благодаря своей элегантности и влиянию клана на большую часть итальянской столицы.
