Я подошла к воротам и попросила охрану впустить ее, уж лучше пусть выскажется и быстрее исчезнет, чем слушать ее концерты и крики.
- Зачем ты приехала?
- У меня к тебе важный разговор, Карина – улыбнулась Джемма.
Нехорошее предчувствие царапалось в груди дикой кошкой, а по спине забегали мурашки.
- Говори, раз приехала. Только быстро.
- О, подруга. Быстро не получится. Ты знала, что те форумы, на которых ты оставляла комментарии для девушек, ищущих себе в мужья донов мафии, ведет наш клан? – Джемма внимательно наблюдала за моей реакцией, а увидев весь ужас, которым наполнились мои глаза – злобно расхохоталась.
- Да-да, Карина. Это наших рук дело. И все те малолетние шлюхи, теперь работают на моего отца. Но это еще не все. Клан Герра – наши союзники. Именно они участвуют в поставках славянок и помогают наладить сбыт. И ты, милая моя, нужна была здесь для того, чтобы стать соучастницей. Мы бы повесили на тебя все: работорговлю, вербовку, запугивание, насилие и прочее. Ты стала бы козлом отпущения, так у вас говорят.
Я чувствовала, как кровь прилила к моему лицу, тело прошиб пот, а руки заметно тряслись, от накативших эмоций.
- Что ты несешь? Убирайся из этого дома сейчас же!
Джемма ухмыльнулась и бросила на стол стопку фотографий, я протянула руку к одной из них и замерла. На фото был Лука, а рядом с ним заплаканные, перепачканные в грязи девушки, фото Армана, стоящего в доме, а рядом с ним девушки, с изрезанными лицами.
Осознания жестокой правды пришло после того, как я прослушала диктофонную запись разговора Джеммы и Луки.
Он – монстр, исчадие ада, чудовище! Как я могла так слепо верить в его чувства, зачем вообще потянулась к нему? Какая же идиотка!! Поверила человеку, чьи руки по локоть в крови! Такие, как он не меняются, только делают вид, играют, а потом топчут и ломают…
У меня просто не осталось сил, не осталось слез. Больше нет желания жить и бороться, я хочу прекратить это.
- Позвони мне – бросила Джемма, уходя из дома.
Она сунула мне в руку свою визитку и, обернувшись у порога, добавила – это твой последний шанс сбежать отсюда, Карина. Все, что я делала – было ради тебя, ты мне нравишься, правда. Мне тебя жаль, беги, пока не поздно. Завтра жду твоего звонка, я помогу тебе снова обрести свободу и навсегда покинуть Неаполь.
Все это было похоже на кошмар, жестокий, страшный сон, холодящий душу и пробирающий до самых потаенных уголков сознание. Мне так хотелось открыть глаза, и очнуться, но я, к сожалению, не спал.
Созданная мной империя буквально трещала по швам, местные власти обрывали телефоны, от их нытья и жалоб на беспорядки в городе хотелось застрелиться. Внушительная сумма, находящаяся на наших счетах была обналичена, разделена на равные части и уложена в черные кейсы, чтобы отправиться в руки чинуш и заткнуть им рот, хотя бы на время.
В очередной раз открылась дверь в моем кабинете, в очередной раз Лука пришел с докладом.
- Что там? Есть новости от Вито? – устало бросил я, откидываясь на спинку кресла.
- Нет, исчез бесследно, я думаю, что это дело рук Севера, но пока доказать этого не могу. Нет ни тела, ни следов похищения. Он пропал вместе с бумагами о передаче бизнеса в Тренто.
- Сука! Все летит к черту!
С тех пор как Лука вернулся из Тренто, разбирать последствия беспредела Мартино стало проще, но проблем не убавлялось. Узнав новости, которые сболтнула пьяная Джемма, я был вне себя от злости. В тот момент я решил – клану Сарто не жить, я сделаю все, что в моих силах, чтобы стереть с лица земли даже упоминание о Мартино и его приспешниках. Сбежавшие дилеры Севера были отслежены и наказаны, сейчас в этом уже не было смысла, но начало положено, дальше Сарто захлебнется собственной кровью, а рядом с ним будет испускать свой последний вздох его дочь.
- Все собрались, босс. Пора.
Собрание глав итальянских мафиозных кланов было назначено на сегодня в конференц-зале моего отеля. Каждый из донов, получивший приглашение, ответил на наши письма и изъявил желание присутствовать на совете.
Времени продумать речь у меня не было, по понятным причинам. Мартино не оставил мне шанса козырнуть перед донами своим величием и несокрушимостью. Сейчас остается только пресмыкаться и лебезить. Другого выбора нет.
Я остановился в нескольких шагах от тяжелой дубовой двери, мысли в голове сменяли одна другую со скоростью света.
