Мы вновь вышли на одну из улиц и огляделись. На противоположной стороне трехполосной дороги мы заметили крупный супермаркет.
– Судя по всему, движения здесь нет, – проговорила Минори. Светофор также не работал, а на дороге то тут, то там застыли пустые машины, некоторые из которых были без колес, другие – с разбитыми окнами или тронутыми ржавчиной частями. Поэтому мы просто пошли вперед, и это казалось таким неправильным и непривычным.
Автоматические двери не работали, но чуть дальше была открыта дверь для персонала. Войдя внутрь, мы нашли выключатель, но к нашему сожалению, свет не загорелся. Лишь проникали сквозь большие окна первые и еще слабые солнечные лучи.
Как я и предполагала, полки в магазинах и правда не были пустыми. Они не были настолько же полными, как мы привыкли, но больше половины мест было занято.
– Холодильники здесь не работают, – фыркнула Минори. – Ну и ладно. Я нашла консервы, лапшу и хорошо выглядящие фрукты. Крекеры и печенье тоже не должны были испортиться.
Я пошла мимо отдела с готовой едой, где на полках лежали пустые коробки для бенто и суши. Взяв чуть дальше с одной из полок пару шоколадных батончиков, я подошла к Минори, которая закинула в корзинку несколько коробок лапши, две консервные банки, а в руках держала уже распакованную пачку печенья с кремом.
– Будешь? – спросила она и достала одно печенье из пачки.
– На твоем месте я бы не стал этого делать.
Мы с Минори резко развернулись, а я шагнула чуть вперед, прикрывая подругу плечом. Не знаю, почему я так сделала, но Минори этого не заметила.
Впереди, в проходе перед отделом с хлебом, стоял тот самый странный незнакомец. В груди начала подниматься тревога. Что он опять делает рядом?
– Что тебе нужно? Ты что, следишь за нами? – спросила я, хмуро смотря на незнакомца. Парня, казалось, не смущал мой откровенно враждебный взгляд. Он выглядел спокойным и даже расслабленным. Я невольно удивилась, как его костюм может выглядеть таким наглаженным и чистым… здесь.
В глазах парня виднелась легкая насмешка, хотя его лицо ничего не выражало.
– Съешь это – умрешь, – проговорил незнакомец и взял с полки консервную банку. – Казалось бы, состав хороший и срок годности в норме… Но нет, все равно умрешь.
– Почему? – спросила я. Мы не знали, где оказались, и, хоть доверять этому незнакомцу не стоило, я не могла отнестись к его словам как к шутке или розыгрышу.
Сначала это смертельно опасное задание… Затем слова об омамори и ёкаях… Был повод задуматься и насторожиться.
Я с тревогой оглянулась на Минори, но та и не думала есть печенье. Пачка выпала из её руки в корзинку, которую девушка поставила на пол у своих ног.
– Ты спрашиваешь «почему»? – слегка вскинул бровь незнакомец. – Что ж… Не ожидал, что ты мне сразу поверишь.
– Я и не верю. Пока, – отозвалась я. – Чтобы понять, лжешь ты или говоришь правду, мне нужно узнать, почему еда ядовита, и почему ты вдруг решил рассказать нам об этом.
Парень тихо хмыкнул и скрестил руки на груди. Его взгляд, направленный на меня, стал изучающим.
– Почему бы мне не рассказать?
– Из-за тебя погиб человек, – хмуро напомнила я.
– Хината… – опасливо пробормотала Минори, предупреждающе положив руку мне на плечо. Если до этого она пыталась говорить требовательно, то сейчас, видимо, испугалась, вновь увидя этого странного парня рядом.
Я встряхнула плечом, скидывая ладонь подруги.
– В любом случае, Химэ[24], – заговорил парень, проигнорировав мои слова. – Разве вы не заметили, что кайдан был связан с мифологией? По легенде тот, кто съест или выпьет что-то в Ёми, останется там навсегда.
– Меня зовут Акияма, – поправила я, не выдавая раздражение. Если уж общается со мной, то без такой фамильярности. – Твои слова лишены смысла. Это место не может быть Ёми. Ты сейчас на самом деле говоришь о мире мертвых?
– Я сказал о правилах в Ёми… Но я не говорил, что мы там.
– Радоваться или плакать? – пробормотала Минори. – Ты выглядишь слишком зловеще, когда говоришь о смерти. Пожалуйста, ответь на вопрос или оставь нас.
В голосе подруги я слышала неуверенность, но она всегда стояла на своем. И сейчас, напуганная и уставшая, все равно пыталась справиться с ситуацией.
– Хорошо, – пожал плечами парень. – Химэ спросила, кто я. Мое имя Кадзуо, приятно познакомиться.
Я раздраженно выдохнула, но промолчала. Я понимала, что этот парень вновь назвал меня даже не моим именем, а прозвищем, при этом, представляясь, перешел на кэйго[25]. Хотя сам назвался по имени, а не по фамилии, и я была уверена: это просто для того, чтобы позлить нас, хоть он и выглядел невозмутимо. Я тоже постаралась сохранить спокойное выражение лица, продолжая выжидающе смотреть на Кадзуо.
– Так к тебе и обращаться? – вскинув бровь, уточнила Минори, рассчитывая услышать и фамилию.
– А ты планируешь ко мне обращаться? – уточнил Кадзуо с легкой усмешкой. Минори обиженно нахмурилась.
