Это было похоже на один из тех парадов, которые любители уже имели возможность лицезреть здесь в свои прошлые визиты. И, надо было признать, парад этот имел большой успех. О чем и сообщил друзьям Богдан, наблюдавший за обстановкой через все тот же перископ.
– Как-то все слишком удачно складывается, – заметил Эрик. – Не нравится мне такая простота и легкость…
– А мне нравится, – сказал Богдан. – Устал я что-то от всех этих погонь и нервотрепок.
– Все устали, – сказала Криста, – только расслабляться-то рано. Кто сказал, что наш Единый Кандидат обязательно победит на выборах?
Архивариус откашлялся и негромко заметил:
– Сказать по правде, я сильно сомневаюсь, что наш Игрок – это лучший выбор для кандидатуры Мага…
– И я тоже об этом с самого начала думала, – призналась Марина, – только не хотела при нем говорить. И при этих…
– Да мы все пронимаем, что оба Кандидата никуда не годятся, – неохотно сказал Толик. – Вот только какие отсюда делать выводы – даже не представляю…
– Мне вообще кажется, что все происходящее просто уводит нас в сторону от настоящего решения, – сказала Криста. – Но я тоже не представляю, что все это значит…
– А что говорит Архив, почтенный Архивариус? – поинтересовался Эрик.
– Архив в недоумении… – сказал Архивариус, пробежав взглядом по тусклому экрану старенького ноутбука. – Боюсь, что старые добрые механизмы Игры разладились от слишком долгой работы. Все давно уже пошло не так…
– Если все пошло не так, то в результате придет не к тому концу, – заметил Эрик. – Ладно, чего там гадать. Надо просто постараться выиграть эти чертовы выборы…
– Но как, если любой исход так или иначе ведет к проигрышу? – произнес Архивариус.
Друзья замолчали, обдумывая сказанное. Однако же, как следует подумать им не дали: поезд весело загудел и заскрипел тормозами.
– Приехали! – сказал Богдан.
Площадь была полна народу, и выглядело это даже несколько пугающе: ведь беглецы из Волшебной Москвы еще не забыли, что такое одураченная колдовскими чарами и излишне взбудораженная толпа. Однако пока все было вполне прилично.
Торчащие над головами орудия бронепоезда быстро приспособили под флагштоки. Шлаги были вполне себе политкорректные: что на них изображено, разобрать было совершенно невозможно.
Гномий бронепоезд быстро и умело превращался в агитпоезд. На крышу штабного вагона быстро закинули микрофоны, позади натянули огромный экран, на который немедленно стали проецироваться неведомо как подготовленные ролики с Единым Кандидатом. На орудийных башнях обосновались толпы мартышек с видеоаппаратурой и фотокамерами.
Наконец, сверху донесся стрекот вертолета, и на тросе прямо к микрофонам спустился уже знакомый рыжий орангутанг – только на этот раз в роскошном звездно-полосатом цилиндре.
Толпа восторженно взревела. Надо полагать, шоу начиналось. Бронепоезд тем временем оцепили плотные ряды легионеров в сверкающих доспехах. И невозможно было понять, кто это: столь чудесным образом преобразившаяся полиция или же боевики римской мафии. Хотя, возможно, здесь это не имело существенной разницы.
– Ну, вот, – сказал Богдан. – Влипли…
А орангутанг взмахнул огромными лапами, и его слова разнеслись по площади, множимые многократным эхом:
– Господа свободные избиратели! Вас приветствует новый Кандидат в Маги от нашего славного города!
Сашу подтолкнули в спину, и он послушано шагнул вперед, приветливо махнув избирателям и харизматически, как учили, улыбаясь. Остановиться ему не пришло в голову, и он чуть не полетел с крыши вагона. Его едва успели подхватить телохранители (откуда они здесь взялись?! Никто не помнил, чтобы они садились в бронепоезд!)
Но слова ведущего уже подхватил мистер Мистер:
– Бог знает, как я рад видеть вас, дорогие друзья! Вы верили в меня, когда выдвигали меня Кандидатом в Маги! Спасибо вам! Но обстоятельства изменились, и я прошу вас столь же тепло принять нашего нового Кандидата и будущего Мага! Итак, вот он – ваш Единый Кандидат!
Саша улыбался и размахивал руками, толпа послушно откликалась на каждую реплику и каждое движение.
Все было просто прекрасно. Казалось, сейчас начнется привычная череда речей, прерываемая привычной чередой оваций.
Но тут ведущий хитро подмигнул толпе и ловко оттеснил мистера Мистера от микрофона.
– Ну, что же, я думаю, мы вполне достойно встретили наших гостей, а сейчас у нас для них есть маленький сюрприз! Любите сюрпризы?
Публика дружно рассмеялась: кто же не любит сюрпризов?!
Коалиция Единого Кандидата отодвинулась в сторону и с любопытством стала ждать сюрприза.
Сюрприз не заставил себя долго ждать.
Закутанный в сложную драпировку из белой и пурпурной ткани, в золотом венке и черных солнцезащитных очках к микрофонам степенно вышел крестный цезарь, собственной персоной. В зубах его была толстая сигара – такая же, как и у его надувного ставленника мистера Мистера.
Любители беспокойно переглянулись. Мистер Мистер отчаянно захлопал в ладоши. Как ни странно, никто не подхватил его порыва: слов крестного цезаря ожидали в напряженной тишине.
